— Тамара, тут вот какое дело. Конечно, я не верю во все это, но Ольга буфетчица мне все уши прожужжала про вас. Что вы лечите, предсказываете, гадаете. Ну все такое прочее. Так вот, повторяю, я не верю во все это. Может быть, один процент во всем этом и есть. Так вот этот процент я хочу проверить.
Тома ничего не понимала, но внимательно слушала.
— Понимаете, Тамара, в последнее время у меня началась полоса неприятностей. Я начинаю думать, что все это неслучайно. Только вот причины этому найти никак не могу.
У меня просьба такая — не смогли бы вы посмотреть, что происходит и как это можно исправить.
Капитан выставил на стол импортную банку с апельсиновым соком, распечатал ее, налил в высокий тонкий стакан и подвинул к Томе.
Тома смотрела на капитана и думала: а почему она должна помогать этому человеку. Он с подачи своего помощника собирается списать ее с судна, да еще наверно помполит характеристику плохую напишет.
Капитан, неплохой психолог, наверно что-то прочитал во взгляде Томы, потому что сказал.
— Если вы не хотите, я вас не буду заставлять. Хотя бы сок выпейте, — он начал отворачиваться и Тома уловила на его лице сожаление.
Неожиданно она сказала, — давайте попробуем. Вы закройте глаза, я посмотрю.
Капитан закрыл глаза, и Тома увидела, какой он, в сущности, молодой.
Тома попробовала сосредоточиться и не сразу, но увидела запреты капитана. Ему было нельзя встречаться с замужними женщинами, нельзя было растрачивать половую энергию, ее у него было ограниченное количество, и нельзя терять голову с женщинами.
Как она могла все это рассказать капитану. Тома хотела промолчать, но потом подумала, а что она теряет. Все равно списывают. И она начала все выдавать. Капитан открыл глаза и его выражение немного скептическое, стало меняться. Словно он увидел чудо. Он смотрел, как ребенок на Тому, даже забыл закрыть рот. А Тома все говорила. Она попыталась объяснить. Но поняла — капитан удивлялся не словам Томы, а чему-то другому.
— Откуда ты знаешь все это? — спросил ошеломленно капитан.
Тома в свою очередь стала недоуменно глядеть на мужчину. Тот понял, и начал коротко рассказывать. Да у него была женщина на берегу, да она замужем, но она его любит, и он ее тоже. Она хотела бы уйти от своего мужа, но капитан был против. Хотя не настолько он ее любит, чтобы доводить до развода. Кроме того, у него есть еще одна женщина во Владивостоке. И тоже замужняя и тоже любит его. И вот ему приходится разрываться между ними.
— Неужели вот это может создавать мне неприятности в карьере, в работе? — капитан откровенно недоумевал.
Тома улыбнулась и хотела уйти. Капитан удержал ее.
— Тамара, постойте. Не торопитесь. А что же мне делать? Вы еще говорили про энергию. Возможно, вы правы. Но как же это все связано?
— Я не могу этого знать. Все что я увидела, я сказала вам. Ничего добавить я не могу. А что вам делать, это решать вам. Я же не знаю вашу жизнь. Да и какое имею право советовать вам.
Капитан сильно задумался. Он, казалось, не замечал Тому. Потом встряхнулся подал ей банку с апельсиновым соком и встал.
— Спасибо вам! Я обязательно подумаю над вашими словами. А сейчас простите, мне нужно работать.
Тома шла к себе и думала, — какой любвеобильный мужчина. Вот такие чаще всего и остаются холостяками.
Она отбросила мысли и пошла продолжать собираться.
Дед оклемался и начал ругаться. Ну это не удивительно. Когда есть у него энергия, он всегда недоволен. Иногда я думаю, что бы он делал без меня. Так бы и помер. Хотя я как-то вычитал в интернете, что есть люди, которые живут на грани. Имелось ввиду не адреналинщики, а те, которые идут вперед, даже бегут большими шагами.
Хотя там говорилось, что такие люди умеют рассчитывать свой риск. Может быть, из таких и получаются крупные бизнесмены. А может даже и полководцы.
Старик опять привязался ко мне — где я был так долго.
Мне не хотелось рассказывать, но я решился — может дед прояснит что-нибудь про этот странный город.
Я начал издалека, сказал, что заблудился и вышел на гору. А там поднялся на нее и присел отдохнуть и уснул. И проспал-то всего ночь.
Старик полулежал на одеялах и пытливо смотрел на меня.
— Это все?
— Все, — я старался честными глазами смотреть на деда. Но он, вот зараза, как-то учуял, что я не договариваю.
Наверно после отвара у него прибавилось энергии, потому что он даже попытался встать. Я сначала не понял зачем, а когда увидел, как он шарит рукой около лавки, очень удивился — он что хотел меня палкой поучить?
Мне стало даже смешно. Больной старик пытается со мной справиться. Видимо сильно я его достал. Стало его жалко, и я решил рассказать почти все.
— Да успокойся ты. Я расскажу, что мне привиделось.
Я сел поудобнее, налил себе травяного чая и начал. Собственно, говорил я недолго. Все как-то уложилось минут в десять. Некоторые детали я уже не помнил, кое о чем умолчал. Мне кажется, дед понимал, что кое-что утаиваю.
