Уже в конце нашего путешествия, когда бабушка с внучкой сошли с поезда, и мы остались одни, Шура мне сказала кое-что.
Оказывается, мы едем за парой, которая знает, где находится оракул. Главная цель — это оракул. А мужчина и женщина знают, где он находится. Сам оракул нам не нужен, это не в нашей компетенции, а вот парочку мы должны взять.
Я переспросил Шуру, что за оракул? Неужели, это тот о котором нам рассказывали на лекции на базе?
Шура пожала плечами. На самом деле откуда она могла знать. Ей как старшей выдали задание, и вперед — выполняй!
Я же задумался, о том, что бы я спросил у оракула, если бы встретился с ним. Что со мной будет? А где будет? Здесь или там, дома? Как начнешь размышлять, так все запутывается. Лучше не думать. Пусть будет, как будет.
Хабаровск встретил нас небольшим дождем. И сразу город показался серым и мрачным. Мы шли от вокзала к автобусной остановке. Я нес спортивную сумку, а Шура небольшой чемоданчик.
Мне хотелось ехать на такси, но Шура осторожно огляделась, и остановила меня, — на автобусе поедем. Ничего, зато спокойно.
В автовокзале было тихо. Утро только начиналось, и нам надо было подождать. Я не знал куда ехать, руководила Шура. У нее откуда-то появился адрес. Стоп! Стоп! Шура ведь выходила на станциях, и не один раз. Я не знал зачем, и что она делала. Возможно там и передали ей адрес, куда мы направлялись.
Квартира, куда приехали, была обыкновенной двухкомнатной хрущёвкой. Кирпичный дом в спальном районе. Вошли в подъезд, дверь была обыкновенная деревянная, никакого домофона не стояло. Шура подошла к почтовому ящику, открыла и достала ключ.
Мы поднялись на третий этаж и вошли в квартиру. Такую обстановку я видел только в старых советских фильмах.
Мы переоделись, и Шура послала меня в магазин за продуктами. Пока я ходил, она вскипятила на газе чайник. Я достал палку докторской колбасы, хлеб, молоко в стеклянных бутылках. Да, я же ходил в магазин с авоськой, это такая клетчатая сетка. Вот в ней я и принес продукты.
За окном пошел дождь. Шура сказала, — здесь всегда так. Чилимский край.
— Какой край? — не расслышал я.
— Чилимский. Это потому, что погода здесь может меняться по десять раз за день.
— А ты, что здесь раньше была? — спросил я.
Шура быстро посмотрела на меня и отвернулась, — откуда? Так. Товарищ рассказывал.
Я уловил некоторую напряженность в голосе. Надо будет посмотреть информацию через ее вещи. Раньше об этом не думал. Доверял и все. А тут. Что-то не то. Как говорил мой дед, — темнит что-то.
Шура сказала, что уедет на два часа по делам. И она скорее всего поставила маячки, но она надеюсь, не знала о моей способности.
Я подошел к ее вещам и начал просто трогать их. Я тихонько коснулся ее сумки, потом сел на свою кровать. И уставился в стену. И… ничего не увидел. Ни-че-го. Что ж, бывает. Не такой я уж и специалист.
Все-таки странно. Почему Шура больше меня знает? Может быть это ее не первое задание? И что нас всех перемешали? И новичков и старичков. Не вижу смысла. Если только… может быть для обучения, все-таки я много чего узнал от Шуры. Или… для контроля. Для моего контроля. Но кто я такой, чтобы меня контролировать. Или может у нее совсем другая задача? Вот сейчас выполнит ее и займется своей.
За этими мыслями я уснул. И приснился мне сон.
Будто бы я в каком-то городе изучал странный механизм. Он был одновременно похож и не похож на велосипед. Он был мне знаком и незнаком. Я вдруг почувствовал, что я не в своем мире. И люди, которые проходили мимо, странно смотрели на меня. Трое подошли ко мне и окружили. Один сказал, — мягкий демпинг-контроль. И я почему-то испугался и проснулся.
Задумался о сне. Было явно такое ощущение, что был в другом мире. Хотя и от этого мира еще не оправился. У меня до сих пор мелькали мысли, что это просто сон, я сейчас закричу и проснусь.
Хотя и начал привыкать к тому, что нет телефонов, интернета, отсутствию иномарок, и отсутствию магазинов на первых этажах. Пожалуй это было главное отличие. Да и высоток сейчас было немного.
Я лежал, когда пришла Шура. Я прикрыл глаза и через ресницы успел заметить, как она кинула взгляд на свою сумку. И облегченно выдохнула. Значит она считает меня за лоха. Сначала мне стало обидно, потом понял, что это замечательно. Пусть думает так и дальше. А я постараюсь пользоваться этим. Я сделал вид, что просыпаюсь.
— Ну что, как съездила? — спросил я.
— Нормально. Еще пару дней придется тут пожить. А там действовать начнем, — кивнула головой Шура.
Мы поужинали, я включил телевизор. Я вообще-то не люблю телевизор, но надо было что-то делать, вот и включил его. Никаких пультов, конечно, не было. И телевизор был черно-белым.
Там шел какой-то фильм про сельского изобретателя. Он всё старался изобрести машину времени. Никак у него не получалось. Но в нашем времени, значит получилось. Я впервые об этом задумался.
