Накрапывал дождь - осенний дождь, который уж как разойдётся, то не будет ему конца-края. Под накрытием собирались ранние пассажиры. Кто-то с толстым портфелем будто поздоровался с ним, Павлом, а он не мог вспомнить - что за человек? Поглядывал на него, пока тот не нахмурился и не отвернулся. Павлу он показался каким-то подозрительным. Подумал - намеренно следит за ним, будто бы совершил преступление. Или неизвестность, думал, в которой он теперь находится, - не самое большое наказание? И первое, что надо сделать - избавиться от этой неизвестности, никого не призывая себе на помощь - ни матери, ни отчима, ни брата. Пусть потом будет что угодно, но сначала...
И вот Павел, наконец, перед своим домом. Удивляется - никто не обращает на него внимания, все проходят мимо, куда-то спешат. Уличные акации шумят - то ли на ветру, то ли от дождя...
Запрокинув голову, взглянул на свой этаж. Окно, видел, закрыто, белеет занавеска. Наверное, из-за неё смотрит на улицу Наталья, ведь ждёт, когда он вернется. Павлу ещё тревожнее стало на душе: как всё-таки встретит его? И как повести себя ему самому? Войти, как мальчик, который натворил вред и больше всего боится наказания? Нет, твёрдо сказал себе, за всё, что потребуется, он ответит с достоинством!
Решительность вдруг овладела им. Страх исчез из его сердца. Пусть всё то произойдет, что должно произойти. Опасность, которая, чувствовал, подстерегает его, вознамерился встретить с открытым лицом.
Снова пришёл Виктор на Подвальную. День прошёл в первых лихорадочных хлопотах по расследованию дела, и хотелось хоть часок-другой бездумно полежать, глядя недвижными глазами в потолок? А ноги невольно несли его сюда, где позавчера произошло преступление.
Ловил себя на мысли: может, это и не по служебному делу, а по личному, наведался на Подвальную снова? Ведь здесь жила она, Наталья. И мелькнуло в голове, что если бы он в субботний вечер, когда её вспоминал, сразу спохватился и узнал квартирный телефон, то мог бы ещё услышать её голос, а может, и отвратил бы от неё беду.
Удивительно, одно мгновение - и уже нет человека. Молодого, красивого, который очень любил жизнь, никогда плохого настроения не знал, весело смеялся. Думалось так Виктору, потому что милой красавицей хотел оставить её в своей памяти. А разве сам остался таким, как был тогда, в юности? Нет, он уже давно не романтически настроенный паренёк, который любил читать приключенческие произведения. Стал солидным мужчиной, хотя не женился. О каких же утраченных иллюзиях намекала книжкой Марина? Задержал её мыслью, не отпускал, спрашивал: может, имеет на него надежду? Марина в тот же миг улыбнулась и исчезла. Хотел, чтобы вернулась, но вместо Марины снова предстала перед ним Наталья.
Но она была уже не такой, как думал до сегодняшнего дня. Потому что неожиданно узнал, что Наталья была как бы неверной женой. Что ж, любовь не вечна, и когда женщина изменила - значит, разлюбила. А тогда лучше всего отступиться, не терять рассудок... Хотя и его, Виктора, теперь задело: не к нему тянулась Наталья, нашла себе любовника...
И в который раз вспоминал об анонимке Виктор. На листе из ученической тетради, а почерк красивый, аккуратный, каллиграфический даже. Без единой ошибки - значит, тот, кто написал, - видимо, интеллигент. Женщина или мужчина? Дал на экспертизу. На заводе, где Павел работает, в его письменном столе нашел то письмо, которое и привело, наверное, к такой ужасной трагедии... Обратил также внимание на календарь, в котором, понял, Павел вёл какой-то учет. Одни цифры были перечёркнуты, как на карточках спортивного лото, только подряд, неделями. Что это за отметки? Кто поможет разгадать спрятанный в календаре ребус? Сам Павел это сделает или кто-то другой?
Во всяком случае ревность имелась налицо. Отпечатки пальцев на письме, которое было в ящике, на краю стола Павла и неизвестный след руки на ручке нагана оказались вдруг идентичными. Все это уже давало основания заподозрить Мушника в убийстве - следователь получил постановление на его арест.
Не мог даже допустить Виктор, что Павел непричастен к этому делу - зачем тогда сбежал, чего спрятался? Или нет, - и такое думал, - ещё вернется? Не выдержит, наверное, захочет посмотреть на место своего преступления. Объявится, должен объявиться! Если уже не блуждает где-то вблизи дома, выжидая момента, чтобы рискнуть. Тогда он подчинится той неизвестной силе, которая поведёт его, шаг за шагом, уже не останавливая.
А когда встретятся с Павлом, то хоть узнают друг друга? Как они поведут себя? Главное - Павел? Потому что он, Виктор, иначе и не может поставить себя, только как юрист, которому прежде всего нужно раскрыть тайну преступления и привести убийцу в суд... И хотя Павел уже, наверное, заранее всё отрицает, он, Виктор, прижмёт его к стене, потому что те доказательства, которые имеет, - неоспоримы...