В народе началось брожение, толпа кричала про «волшебство и чародейство», а в середине XVI века это было типичным обвинением. И обвинение шло в сторону княгини Анны Глинской и ее детей. Чернь требовала расправы и сумела убить князя Юрия Глинского – дядю царя, требовали и остальных, подступая к царскому дворцу в Воробьеве.
И наконец молодой царь проявил характер, велел крикунов схватить и казнить, хотя религиозные чувства брали в нем верх и он находился под впечатлением московских пожаров: «Господь наказывал меня за грехи то потопом, то мором (то, что мы сейчас называем отработкой кармы. – Авт.), и все я не каялся, наконец бог послал великие пожары, и вошел, и вошел страх в душу мою и трепет в кости мои, смирился дух мой, умилился я и познал свои согрешения: выпросив прощения у духовенства, дал прощение князьям и боярам».
Кто же подал ему руку помощи, а вернее, согрел душу, вызвав покаяние? По свидетельству Курбского – именно пресвитер Сильвестр, пришедший незадолго перед тем из Новгорода, а также Алексей Адашев, ставший его духовником.
Не знаем, правду ли говорит Курбский, но только душа царя исцелилась и очистилась. Надолго ли?
Во всяком случае, царь Иван пожаловал безвестного костромича Алексея Адашева в окольничие и держал к нему такую речь: «Алексей! Взял я тебя из нищих и самых незначительных людей. Слышал я о твоих добрых делах и теперь взыскал тебя выше меры твоей для помощи души моей, хотя твоего желания и нет на это, но я тебя пожелал и не одного тебя, но и других таких же, кто б печаль мою утолил и на людей, врученных мне Богом, призрел. Поручаю тебе принимать челобитные от бедных и обиженных и разбирать их внимательно. Не бойся сильных и славных, похитивших почести и губящих своим насилием бедных и немощных; не смотри и на ложные слезы бедного, клевещущего на богатых, ложными слезами хотящего быть правым, но все рассматривай внимательно и приноси к нам истину, боясь суда Божия; избери судей правдивых от бояр и вельмож».
Недаром его потом стали называть славным ритором.
* * *В драме А. К. Толстого «Царь Федор Иоаннович» есть такая сцена: Федор беседует с князем Шуйским, которого подозревают в измене царю, и царедворцы требуют взять его под стражу. За что? За донос, что решил князь Иван признать царевича Димитрия царем. И вот происходит диалог между царем и князем:
Федор
Что? Что ты хочешь?Кн. Иван Петрович
Да, ты слышал правду —Я на тебя встал мятежом!Федор
Помилуй…
Кн. Иван Петрович
Ты слабостью своею истощилТерпенье наше! Царство отдал тыВ чужие руки – ты давно не царь —И вырвать Русь из рук у ГодуноваРешился я!Федор (вполголоса)
Тсс! Тише(указывая на Клешнина[2])
Не при нем!Не говори при нем – Борису онРасскажет все!Клешнин
Да продолжай же, князь!Федор
Молчи, молчи! Глаз на глаз скажешь мне!Клешнин
Царь ждет ответа!Кн. Иван Петрович
Да! Сегодня братаЯ твоего признал царем!Федор
Петрович —Не верь ему, не верь ему, Арина!Кн. Иван Петрович
Теперь тебя о милости единойЗа прежние заслуги я прошу:Один лишь я виновен! Не велиСторонников моих казнить – не будутОни тебе опасны без меня!Федор
Что ты несешь? Что ты городишь? ТыНе знаешь сам, какую небылицуТы путаешь!Кн. Иван Петрович
