Пока блондин делал заказ, я потихоньку огляделась. Интерьер всех оттенков меда – от почти белого до темного, гречишного, светильники в виде стилизованных сот, столики с полосатыми скатертями. И много-много сладостей. «Соты» – они и есть «Соты».
На нас поглядывали украдкой, особенно рыжеволосая дама за стойкой администратора. Я поймала ее взгляд – и сделала вид, что поправляю прическу, особым образом скрестив пальцы.
Она на миг опустила густо накрашенные ресницы, коснулась сережки в ухе. И скрылась в подсобке.
От мафиози наши перемигивания не укрылись.
– Тайные знаки? – поинтересовался он негромко. – Что-то многовато тут ваших.
И кивнул на снующих по залу ловких официанток, сплошь рыженьких.
Я лишь плечом дернула. Меньше болтаешь – лучше спишь.
Рук быстренько оставил скользкую тему. Не иначе, понятливым уродился.
Он откинулся на спинку стула, попивая кофе. Прищурился.
– Я так понимаю, ты согласна?
Короткое «да!» упало камнем. Иначе с какой стати я бы его сюда позвала?
Рук улыбнулся, сказал просто:
– Я рад. – И, уже совсем иным тоном: – Так зачем мы сюда пришли?
– «Соты» – это не просто модная сеть кафе, – выдавила я. Слова будто царапали горло.
Мой народ славится предприимчивостью и упорством, так что за глаза нас зовут «пчелками». Или медноголовыми, но это если хотят оскорбить.
– Не говори, – перебил он. Поднял ладонь. – Я догадался. Это ваше… ну, представительство. Неофициальное.
Прикусив губу, я чуть заметно кивнула.
Не такой уж это секрет – с таким-то говорящим названием! – и все равно выдать его непросто. Казалось бы, обычно держусь от своих подальше, а вот поди ж ты!
– У меня будет условие, – заявила я решительно, кладя перед ним портсигар.
Рук усмехнулся, вынул сигарету, покрутил в пальцах.
– Ради тебя, сладкая, что угодно.
Ах, слова, слова!
– Расскажи мне, что происходит, – попросила я, глядя ему в глаза. – Не хочу играть втемную.
Яркая голубизна вмиг потемнела, как небо перед грозой.
Он пожевал губами.
– Здесь?
Пожалуй, он прав. Наш столик, в углу, за пальмами, позволял говорить более-менее свободно. Но секретничать тут все равно не стоило.
– Позже, – решила я нехотя. – А теперь можешь мне… поугрожать?
Мне удалось его ошеломить.
– Прости, что? – переспросил блондин, вздернув светлую бровь. Из-за туч как по заказу выглянуло солнце, вызолотив его макушку.
– Поугрожать, – повторила я терпеливо. – Очень нужно.
И многозначительно покосилась в сторону вновь объявившейся дамы-администратора.
– А! – он задумчиво пережевывал эклер. – Знаешь, Меган… – он вытер салфеткой испачканные шоколадом пальцы. И продолжил, зловеще понизив голос: – Мне надоело. Хватит морочить мне голову. Вы, рыжие, влипли в это дело по уши. Так что я хочу знать, кто еще в этом замешан и с какой стати! Или…
В воздухе повисла очень, очень многозначительная пауза.
– Или? – повторила я, вздрогнув почти непритворно. Ничего не скажешь, пугать он умел. Профессионально.
Рук прищурился, отодвинул тарелку. Громко хрустнул пальцами. Какой молодец! На лету поймал идею – и подыграл.
– Или пожалеете, – хрипловатый голос мафиози продрал по нервам морозом. – Поверь, я могу быть… очень неприятным.
Пробегающая мимо официантка так заслушалась, что чуть не уронила поднос. Администратор обожгла меня гневным взглядом и вновь скрылась в подсобке. Побежала доносить, не иначе.
Неудивительно, что буквально через пять минут к нашему столику подскочила егоза лет десяти, с трогательными белыми бантиками на рыжих косицах.
– Вас ждут, – и рукой махнула в сторону неприметной двери за ширмой.
Рук покосился на недоеденные пирожные. Вздохнул украдкой.
– Идем?
Я лишь кивнула. Для того все и затевалось.
Мафиози вышагивал с видом мрачным и гневным. Брови супил, губы сжимал, кулаки стискивал. Каков актер!
Кабинет главы
Зато огненная шевелюра хозяина могла осветить все темные углы. Да-да, у наших мужчин нет ни капли магии, но нами – рыжими женщинами – все равно правит мужчина. Всеми, что есть в этом городе, в том числе двумя десятками гадалок.
– Я хочу сообщить о нарушении закона! – заявила я с порога.
А ведь он уже открыл рот, чтобы обвинить меня в том же. С блондином сюда заявилась! Прямо скажем, водиться со светловолосыми нам не рекомендовалось.
Мистер Донован напыжился весь, побагровел… и сдулся.
– Да? – переспросил он кисло. – Каком же?
Что голос, что выражение лица – словно он уксуса хлебнул. Еще бы, ведь за моим плечом воздвигся Рук.
– Убили моего человека, – сообщил он резко. – Вам мало?
Донован заметно поскучнел. Это меня – пришлую и не самую сильную гадалку – можно ни во что не ставить. С крутым блондином такой фокус не пройдет.
Я без разрешения присела в ближайшее кресло. Смотреть представление, так с комфортом! У меня среди «своих» веса мало, так что пусть с ними Рук разбирается.
