Истошный мяв Мышки из коридора. Я рванулась вперед, дернула ручку. И тут же прикрыла нос рукавом халата – вонь паленого стала сильнее.
Кошка, вздыбив шерсть, вопила на одной ноте. В зеленых глазах плескался ужас. Мышка вцепилась в полу халата и настойчиво дернула меня к лестнице. Гарью тянуло оттуда же, и еще… внизу слишком светло. И это совсем не похоже на электричество.
Пожар? От страха свело живот. Бежать!
– Подожди. Сейчас!
Я метнулась обратно. Взгляд лихорадочно блуждал по комнате. Вода? Нужно больше воды!
Проклятье, какая еще вода? Надо вызвать пожарных, но телефон там, внизу!
Я до боли прикусила губу, чтобы совладать с ужасом. Огляделась вокруг, заметила оброненное полотенце. Нужно его намочить!
Это заняло всего несколько секунд. Панические вопли Мышки подстегивали кнутом. Я подхватила ее на руки, притиснула к груди. В последний момент сдернула со стула сумочку. Чемодан? Нет, не унесу.
Я прижала мокрую ткань к лицу и бросилась вниз…
На первый этаж я скатилась почти кубарем. Паника гнала вперед. Паника – и Мышка, которая в ужасе цеплялась за меня когтями и орала, не переставая.
Огонь уже подбирался к лестнице, жадно глодал ковер в холле.
Дым, языки пламени, разбитое окно. Треск огня на кухне. Запах паленых вещей, горящих тряпок и дерева. Резкая бензиновая вонь…
Кашляя, я дернула засов на входной двери и почти вывалилась на крыльцо.
В заботливо приготовленную ловушку.
– Ага! Попалась!
Меня ухватили с двух сторон, дернули так, что от боли я вскрикнула. Мышка с обиженным «мяяяяяу!» полетела вниз. Зашипела, яростно выгнув спину.
– Пошла вон, тварь! – один из мужчин наподдал ей под мягкий живот. Мышка отлетела в сторону от фонаря и затихла.
Что с ней?! Жива?
Со мной тоже не церемонились. Больно заломили локти, толкнули на колени, прямо на грязную брусчатку.
Двое мужчин, лиц не разглядеть – низко надвинутые шляпы, поднятые воротники, под плащами оружие. Только это не похоже на ограбление…
– Что вам нужно? – запаниковала я. – Отпустите!
Тот, что слева, просто расхохотался. Ну а тот, что справа, пребольно цапнул меня за волосы, заставляя откинуть голову.
– Что, ведьма, ничего не можешь сделать, а?
Я задрожала. Этот голос!
– Бэйкер?
– Сэмюэл Бэйкер к вашим услугам, мисс! – издевательски поклонился «правый». – Можешь звать меня Сэмми, пока я твоему ротику получше дела не найду.
И с вожделением уставился в глубокий вырез халата.
– Давай быстрее! – занервничал «левый». – Потом потешишься. Сейчас соседи набегут и легавые. Тащим ее в машину.
– Да ну, тут никому до других дела нет, – возразил Бэйкер, но дернул меня вверх и поволок к черному седану.
– Но на пожар выскочат! – заявил второй.
Его я тоже узнала – Джеймс Колхаун. За рулем наверняка Дэвид Фейн, эта троица всегда была неразлучна.
Как в кошмаре. Кошмаре, что снился мне долгие семь лет. Темнота, расцвеченная отблесками пожара. Блестящая от воды мостовая. Усиливающийся дождь. И бандиты, которые так долго меня искали.
Где-то в отдалении загрохотал гром, и я очнулась.
Понимание ударило молнией. Они же меня убьют! А сначала всласть поиздеваются.
Я пиналась, кричала, кусалась… Пока от удара в живот не полетела в сторону. От боли я ослепла, как сквозь вату слыша крики.
– Эта сучка мне чуть глаза не выцарапала! – плаксиво жаловался Колхаун, тощий коротышка со смешным вздернутым носом. В школе над ним все издевались, зато когда мальчишка прибился к одной из банд, его обидчикам пришлось несладко.
– Кончай ее! – потребовал третий голос. Это водитель выбрался дружкам на подмогу. – Времени нет играться. Нам же главное, чтоб ведьма сдохла и проклятие спало!
Где-то захлопали ставни, послышался визгливый женский голос, требующий от мужа немедленно вызвать пожарных. Очнулись, дорогие соседи!
Хотя на помощь мне все равно никто не бросился.
Бэйкер – бывший боксер-тяжеловес – сунул руку под плащ. В кулаке его тускло блеснул ствол, но бандит все еще колебался. Не хотел отказываться от приятных планов.
Я сидела прямо в луже, хватая ртом воздух. И с тоской понимала, что все.
– Не, вдруг не сработает? – он шагнул ко мне, опустив револьвер.
– Да быстрее уже! – Колхаун откровенно запаниковал и тоже сунул руку под плащ. Он оглядывался нервно, а от звука пожарной сирены крупно вздрогнул.
Бэйкер ухмыльнулся. Наклонился, чтобы меня схватить.
– Не дергайся, цыпочка, не буду я тебя убивать… сразу!
Я попыталась отползти. Закричала. Безнадежно!
Бандит еще шире оскалился… И к нему бросилась черная тень.
От неожиданности Бэйкер взвыл и чуть не выронил револьвер. Что-то маленькое ловко вскарабкалось по его штанине, перебралось на спину.
Отчаянно сквернословя, он попытался стряхнуть существо, похожее на мокрую облезлую крысу. Дернулся.
Револьвер бабахнул, и я сжалась. Пуля ушла в «молоко». Тень на загривке Бэйкера грозно зашипела, взмахнула лапой… и он без звука рухнул наземь.
Где-то в подворотне заорали неразборчиво, взвизгнули шины. Но мир сузился до пятачка мокрой брусчатки под фонарем. До тела, лежащего на мостовой, раскинув руки и ноги.
