— Ну да, а что же тут такого? — зло усмехнулся молодой. — Либо ты экстрасенс, либо маньяк.
— А если я просто любитель вешать лапшу на уши?
— Но где лежал труп, ты ведь указал точно?
— А вы откуда знаете?
— Иначе бы тебя сюда не запихнули. К нам, — сказал бомж.
Руслан помозговал — ситуация обрисовалась патовая: и так, и так выходило плохо. Но старик сказал правду: если завтра обнаружат еще и другие тела на той же трассе, то на него запросто могут повесить все. Выдать себя за экстрасенса было предпочтительнее… Начать лучше было с бомжа…
— У тебя печень барахлит. Цирроза пока нет, но если не бросишь пить, то вот-вот будет.
— Откуда ты так уверен, что у него нет цирроза? — спросил бугай.
— Не знаю, просто чувствую. А у тебя гематома в области лобных долей мозга. Эта гематома пульсирующая. Она медленно наполняется кровью, и давит на оболочки, вызывая боль. Затем прорывается, кровь изливается наружу через нос, и боль уходит. А затем процесс начинается заново. Сейчас, похоже, гематома уже на пике…
— А я? — насмешливо спросил молодой.
— Ты ничем не страдаешь, кроме разлада с самим собой. Тебя сжигают ненависть и жажда мести. Не знаю к кому, но скоро у тебя начнет ползти вегетатика, или ты будешь срываться на всех окружающих подряд.
— На тебе, например?
— Ну, на мне не сможешь. Мне по барабану все твои бурные выплески, потому как я к тебе энергетически не подключен и не собираюсь этого делать.
— Поясни.
— Ты для меня никто. Не друг и не родня. Сегодня встретились, а завтра расстанемся. Нигде не пересекались, ненавидеть тебе меня не за что.
— Любить тоже.
— Угу.
— А если я тебе сейчас вмажу? Просто так, для профилактики?
— Подраться с кем-нибудь охота?
— Ша! — сказал старик. — Что ты обо мне думаешь?
— Рак у тебя. Простаты. Вторая стадия. Если сейчас вырезать, то шанс выжить есть.
— Неправда! — произнес старик жестко. — Врачи сказали, что ничего страшного.
— И не настаивают на операции?
— Настаивают. Но я не вижу смысла. Боли терпимые, и не все время.
— Это пока. Потом будет хуже. И намного хуже. Так что рекомендую послушаться медиков.
— Врешь ты все! — зло произнес молодой. — Пугаешь.
— А зачем?
— Чтобы мы тебе по ребрам ботинками не прошлись.
— А разве вы намеревались? — Руслан придал своему голосу нотку удивления, но на всякий случай внутренне приготовился.
— Мы и сейчас еще не передумали.
Руслан пристально всмотрелся в парня. Пожалуй, его можно было бы даже назвать красивым, если бы впечатление не портило лицо, искаженное ненавистью ко всему человечеству. Он поймал взгляд ничего не желающих воспринимать глаз и с нажимом произнес:
— Ты меня бить не будешь. Никогда… — он слегка смягчил тон и добавил: — Ты просто очень хочешь спать… Сейчас ты опустишь голову на подушку и уснешь… Проснешься утром, в хорошем настроении…
Через полминуты молодой гопник уже не сидел, а лежал, погрузившись в благодатный сон. Руслан обернулся на остальных троих и с удовлетворением отметил: их пробило.
— Ты любого вот так можешь?…усыпить? — спросил бомж. Теперь возраст его больше не казался неопределенным: на нарах сидел измотанный жизнью человек лет сорока, возможно, даже тридцати пяти. Человек, привыкший ни на что хорошее не рассчитывать. — Я трое суток не могу отключиться — мучаюсь.
— Не знаю. Но могу попробовать.
Руслан подошел к бомжу и присел на его кровати. Бомж слегка подвинулся, освобождая ему место, и этим сразу расположил Руслана к себе.
— Расстегни рубаху! — велел он.
Бомж повиновался, и Руслана еще раз удивило несоответствие внутреннего состояния организма, характерное для представителей этой прослойки общества, с чистой рубашкой и чистым телом. Тело несомненно недавно побывало под душем, и по нему прогулялись не только мылом, но и мочалкой.
— Я сейчас буду прощупывать твое подреберье. Как только будет больно, дашь звуковой сигнал.
— Мне и сейчас больно, — равнодушно произнес бомж. — сделай хоть что-нибудь. Если сможешь.
Руслан кивнул. Он опустил ладони на нужную область туловища и быстро прощупав границы печени, оставил ладони в неподвижности на некоторое время. Сильно он не давил, в этом нужды не было. Печень действительно была слегка увеличена, но медикаментозного вмешательства пока не требовала. Диета и режим способны были бы помочь гораздо лучше. Погладив живот пациента, Руслан отнял руки и произнес тоном, каким всегда разговаривала с клиентами Мадам Дрея:
— Ты, батенька, пока еще не кандидат на тот свет. Если будешь принимать пищу в одно и то же время, исключишь из нее продукты повышенной жирности и алкоголь, то желудочно-кишечный тракт твой войдет в норму, и о неприятностях с ним ты сможешь забыть надолго.
Старик засмеялся:
— Ты еще скажи ему, чтобы он перестал ночевать на теплотрассе и устроился на приличную работу, Студент! Слышь, Гвоздь, что он тебе токует, юморист этот?
Но бомж ничего не ответил. Он уже спал — боль, мучившая его несколько суток подряд, отступила, и измученный организм его, воспользовавшись моментом, погрузился в сладостную нирвану.