С некоторым удивлением Руслан осмотрел свои ладони. Он, естественно, слышал кое-что о лечении наложением рук, но даже не подозревал, что способен не только убивать прикосновением, но и совершать нечто противоположное. Он сразу же вспомнил о предостережении Олеси насчет демонстрации всяческих чудес на публику и вздохнул, решив спереть все на гипноз и самовнушение.
— А ему ты можешь помочь? — кивнул старик на бугая.
— Нельзя, — отказался Руслан, сделав надлежащие выводы. — Надо, чтобы гематома дозрела и сама прорвалась. Чтобы скопившаяся там кровь вся наружу вытекла, через нос. Поллитра крепкого алкоголя способна помочь быстрее, чем мои неуверенные пассы.
Старик остро глянул на него…
— Неуверенные пассы, говоришь? И поллитра алкоголя? Бугай, постучи-ка в дверь кулаком!
Верзила, сидевший за столом, подчинился, подвалил к двери и затарабанил в нее кулачищем. На его стук окошко в двери открылось и взору Руслана явилось лицо охранника.
— Организуй нам поллитра хорошей водки, — приказал ему старик. — И побыстрее.
Окошко закрылось, но через четверть часа 500 миллилитров заказанной жидкости уже стояло у них на столе.
— Пей, — тоном, не допускавшим возражения, молвил старик. — Она не палёная.
Бугай (как оказалось, с прозвищем Руслан угадал) без возражений принялся вгонять в себя означенный продукт. Лицо у него начало краснеть, и эффект явился даже раньше, чем Руслан его ожидал — кровь из носа хлынула еще до того как бутылка опустела. Зажав нос пальцами, бугай было откинул голову назад…
— Нельзя! — произнес Руслан строго. — Кровь должна вытечь вся, полностью…
Он подвел верзилу к раковине для мытья рук, положил ладонь ему на лоб и принялся контролировать процесс. Отнял он ладонь только когда из носа перестало капать.
— Ну как? — спросил он у верзилы.
— Не болит! — пробурчал верзила, вопросительно глянув на старика.
— Ложись, только сначала умой физику. А то ты сейчас больше на Чингачгука похож, чем на белого человека…
— А теперь разберемся с тобой, — обратился он к Руслану, когда вся троица его подручных мирно сопела каждый на своем месте. — Ты где так наловчился?
— В смысле?
— С такими талантами только со сцены выступать. С сеансами чтения мыслей.
Руслан в свою очередь постарался рассмотреть старика более внимательно. Тот был невысокого роста, худощавый и с темными волосами с проседью. Смугловатое морщинистое лицо его резко контрастировало с двумя рядами ровных белых зубов, каких не должно было бы быть в таком возрасте. Зубы были явно вставные, да и весь вид старика выдавал привычку следить за производимым впечатлением.
— Мадам Дрэя не одобрила бы, — произнес Руслан, наконец. — Ей в ее бизнесе помощник нужен, а не иллюзионист.
— То есть я должен тебе верить, что у меня действительно рак?
— Это не обязательно. Я не настаиваю. Поинтересуйтесь у своего лечащего врача.
— А если им будешь ты?
— Откажусь. Я не специалист, я даже не медик.
— А без операции нельзя?
— Боюсь, что не получится. Оле… то есть Мадам Дрэя никогда не берется за то, что ей не по силам. Вот если вам вырежут опухоль, но это не поможет, и пойдут метастазы, тогда приходите.
— И она вылечит?
— Нет, конечно. Но страдания облегчит и жизнь продлит на несколько лет. Она травяные сборы знает, которые развитие опухоли притормаживают, и та держится некоторое время в каких-то пределах.
— Ну что ж, — прищурил глаза старик, — благодарю за честность. Я — Болгарин. А тебя как звать-величать?
В тот день уйти вовремя домой у Олеси с Сильвией не получилось. Они даже контору закрыть не успели, как во дворе возле их крыльца затормозила иномарка, из нее вылезли две женщины и, когда они ввалились в вестибюль, одна из них затарабанила в белую дверь. Александра Марковна немедленно к ним вышла, а вслед за ней и Сильвия. Им не понадобилось много времени на то, чтобы понять, что именно привело в их контору обоих женщин.
Это явно были мать и дочь, причем грязное платье девушки, совсем молоденькой, и испуганные глаза сигнализировали о произошедшем с ней красноречивее всяких слов. Да и вряд ли девушка была в состоянии хоть что-нибудь сказать путное — она была в полуобморочном состоянии и почти не держалась на ногах.
Неожиданным было то, что старшую из женщин Александра Марковна уже знала — это была ее вчерашняя последняя клиентка — дама с молодым любовником и дочерью-подростком. Сейчас эта дочь-подросток явно нуждалась в неотложной медицинской помощи: и лицо ее, и руки, и ноги носили следы от ожога ультрафиолетом.
— Борщевик? — спросила она деловито.
— Да! — в отчаянии выкрикнула дама. — Позовите мадам Дрэю! Только она может нам помочь!
Александра Марковна открыла белую дверь и впустила клиенток в помещение, Сильвия последовала за ней. Тратить время на ритуалы было нельзя — девочке требовалась срочная помощь, причем, судя по ауре, лечение внутренних полостей можно было отложить на потом, а сейчас надо было спасать ее внешность.