Кого взял? Нет Зимнего Кота, вместо него – сидит на руках черная птица, может быть, даже, – ворона. Небольшая, черная-черная, встрепанная вся, недовольная, перья во все стороны торчат. Голову вбок повернула, и смотрит на меня пристально черным непроницаемым глазом-бусинкой, неподвижным, как и всё здесь вокруг. Только снег тихо падает, снежинки в воздухе кружатся. А ворона клюв открыла, да как каркнет на меня оглушительно: «Врёшь!». Крутанулось всё вокруг неё, один глаз-бусинка остался, да и тот пропал. И всё пропало.
Снова я, только теперь я – Зимний Кот. Рыжий, хорошо мне. В тепле сижу, в уютной вечерней комнате. Зима за окном, белая исступленная злая старуха, скребется метелью в окно, воет ветром. Но дальше в дом ей нет прохода, и тут она бессильна. Не видно её, но и так понятно, что она – там, а мы – здесь, и это хорошо. Только зимой бывает так спокойно и уютно в вечерней комнате, в тепле.
Ба, да я и не просто сижу, и не один здесь. Развалился на
Я проснулся и сразу понял, что она уже собирается. Насмотрятся этих своих мелодрам, и потом пытаются по красоте всё сделать, эмоционально, как там показывали. Впрочем, у парней тоже самое бывает – только с порнухой. У всех свои вожделенные мечты, а затем – свои обыденные глупые обломы.
Вот и она туда же. Я значит, буду тут спать, весь такой мужчина, оголив свой мужественный торс, а она проснется раньше меня, выскользнет из-под одеяла, соберется тихонько, да и ускользнет в утренний дивный и распрекрасный мир. Может, даже записку оставит – типа, спасибо за ночь, я твоя, но ты мне больше не пиши – так будет лучше для всех. И подпись: незнакомка для тебя и навсегда, вот это вот всё.
Только уже сразу несколько нестыковок намечалось во всей этой идиллии. Во-первых – по сценарию нам положено было в таком случае иметь интимную близость этой ночью. А её у нас не было, если я всё правильно помню. Хотя я неправильно выразился – интимная близость у нас была. Секса не было.
Нет, я хотел, и даже немного приставал. Но она всякий раз, мягко и терпеливо, словами и руками, отводила мои ладони и губы от своего тела. Так повторялось бесчисленное количество раз, в итоге мне это поднадоело, и я просто уснул.
Ну а вторая нестыковка – всё дело ведь происходило сейчас в её квартире. Куда она ускользнет и как оставит меня здесь? Нет, в наивных фильмах о любви и такое бывало – ключ мне оставит, завтрак на кухонном столе, всё такое. Записку, опять же. Но в реальной жизни я пока такое точно не встречал.
Значит – хватит делать вид, что я сплю. Да и запястье затекло, неудобно повернутое под жесткой подушкой. Или это не подушка вовсе, а наша одежда комом?
Я открыл один глаз и увидел её спину. Знатоки утверждают: в женщине главное – её обнаженная спина. Ножки – отлично. Грудь – здорово. Многим удаются животики. Ну и все там эти изгибы плеч, бедер, ягодиц и всё такое. Превосходно. Но превыше всего – ахх, именно эта спина, обнаженная, с тонкой стройной линией позвоночника, с подвижными очертаниями беззащитно острых лопаток под нежной кожей, с этими, прости нас Бог, грешных, чудесными ямочками на пояснице.
Кстати, почему она голая, спрашивается, если мы так и не трахались этой ночью?
Она завела руки за спину и неуловимо ловким женским движением застегнула на себе лифчик. Натянутая плотная ткань образовала небольшие складки возле её шеи и подмышек. Тут уж только два варианта, и другого не дано: или этот лифчик её маловат. Или это она великовата для этого лифчика.
Не скажу, чтобы эта случайно увиденная мною деталь была как-то неприятна или отталкивала. Вовсе нет. Лифчик – это хорошо. Чудная деталь женского гардероба. Но хрупкое очарование женской спины было невозвратно утеряно.
…
