Три круга Достоевского полностью

Произведения художника дают нам материал для определение его мировозрения. Но этот материал не абсолютен. Он мо­жет нам дать и ошибочные сведения. Ибо художник мог что-то не высказать из своего внутреннего мира. Есть на то причины субъективные: неадекватность слова мысли, а особенно чувству и просто нежелание художника выносить на площадь что-то из своего внутреннего мира. Есть причины объективные: в каких условиях художник творил, насколько он имел возможность выс­казать себя. Насколько велико было вмешательство его внутрен­ней и внешней цензуры.

А потому предназначенное при жизни для печати говорит не столько о там, каким художником был, сколько о том, каким он казался. Конечно, можно сказать, что людям нет дела до того «кукиша в кармане», который мог быть у художника. Но надо быть гуманным по отношению к художнику, понять его и по воз­можности показать, каким он был. А для этого необходимо ана­лизировать и непредназначенное к печати: дневники, письма и черновики. Конечно, и при их анализе абсолютной истины мы не получим, ибо и в этих материалах возможна доля неискренности. Поэтому подход к данной части наследия должен быть осторож­ным. Надо учитывать, что, конечно же, здесь возможны и мысли, находящиеся в стадии вынашивания. Тщательный анализ всего наследия даст возможность высказать суждение о мировоззре­нии художника, более или менее адекватное реально существу­ющему мировоззрению.

При анализе художественного творчества есть некоторые сложности. Надо за мировоззрением героев увидеть мировоззре­ние автора. На этом спотыкались уже не один раз. При исследо­вании творчества больших, признанных авторитетами художни­ков есть еще одна сложность — давление авторитета на выводы о нем. Практика показывает, что часто ошибки, описки, несуразности, возможные в творчестве писателя любого масштаба, вы­даются за особенности стиля и т. п. И еще одна сложность: при анализе мировоззрения художника не так просто перевести мно­гозначность образного мышления на однозначность понятийного.

У меня есть большое желание найти выход из этих трудно­стей и определить, каким было мировоззрение Достоевского, по­влиявшее на его творчество. Для решения этой задачи я хочу привлечь все известное из творческого наследия писателя. Я не хочу исходить из имеющихся стереотипов о Достоевском, попы­таюсь рассмотреть проблемы по существу. И тем уже выскажу свое отношение к правильности стереотипов.

Несколько слов о структуре работы. В творчестве Достоевско­го я четко вижу названные выше три круга. В каждом отдельном произведении их место неодинаково. Есть произведения, включа­ющие в себя все три круга, есть — лишь два, есть и с одним кру­гом. В некоторых произведениях круги высшего порядка видны не сразу. Взятые в их изолированности, эти произведения как бы не обнажают связи событийного, временного и философского. Но когда на них смотришь через призму произведений последую­щих, то в них высветляется ранее незамеченное. Так, например, «Бесы» позволяют высветлить три круга в сибирских повестях писателя. В данной работе я трижды прохожу по творчеству До­стоевского, выделив в нем три круга. Каждому кругу посвящена глава. Главы неравномерны по объему. Случайности здесь нет. Объем каждой главы пропорционален значимости проблемы, в главе рассматриваемой. Внутри глав выделены параграфы. Каж­дый из них отражает один этап жизни писателя. Параграфы то­же неравномерны по объему. Это обусловлено объемом творчес­кого наследия, созданного на каждом этапе жизни писателя. Итак, мировоззрение Достоевского.

СОБЫТИЙНОЕ

I. ДОСИБИРСКОЕ

При чтении произведений Достоевского прежде всего бросается в глаза сюжетика. Сюжетика каждого произведения и творче­ства в целом. Пересказывать сюжеты произведений Достоевско­го я здесь не намерен. Выделю только главное в сюжете каждо­го произведения.

Первый роман Достоевского — «Бедные люди». Это переписка двух живущих в пределах видимости, добрых, ведущих трудную жизнь людей Макара Девушкина и Варвары Доброселовой.

«Двойник» — повесть о сошедшем с ума бедном чиновнике Голядкине.

«Роман в девяти письмах» — роман лишь по названию. Наделе небольшой рассказ. Это переписка двух карточных шулеров, же­лающих обмануть третьего и попавших впросак.

«Господин Прохарчин» — рассказ о вечно боящемся за свое будущее мелком чиновнике, влачащем нищее существование и оставившем после себя скопленные две с половиною тысячи.

«Хозяйка» — повесть об интеллигенте, внезапно, бурно и без­результатно влюбившемся в роковую женщину.

«Ползунков» — рассказ о мелком чиновнике, играющем роль шута.

Человек сходит с ума от страха заслужить неодобрение «его превосходительства». Это рассказ «Слабое сердце».

«Чужая жена и муж под кроватью» — просто водевильный пустячок.

Рассказ «Честный вор» показывает нам пьяницу с уснувшей, — но не навек — совестью.