Недели, предшествовавшие первой свадьбе в её семье, стали для Генриетты Марии самыми болезненными и изматывающими. Ежедневно она вместе с мужем и двумя старшими детьми присутствовала на заседании парламента в Вестминстере, наблюдая с решётчатой галереи за тем, как Страффорд пытался защитить себя. После ужина королева уединялась с Джермином, чтобы обсудить с ним, как спасти Чёрного Тома, а ночью, согласно её собственному рассказу, со свечой в руках в одиночестве спускалась по задней лестнице в комнату своей придворной дамы, уехавшей в деревню, где встречалась с членами опозиции и видела «самых порочных». Правда, единственным, кто согласился открыто перейти на её сторону, был лорд Кенелм Дигби. Таким образом, проект Джермина провалился.
В начале 1641 года поэт Джон Саклинг, двоюродный брат Джермина из Восточной Англии, посоветовал ему убедить короля «предпринять что-нибудь экстраординарное». Однако с наступлением весны именно два кузена и присоединившийся к ним поэт Давенант решились на «экстраординарное»: привести с севера королевскую армию, запугать парламент и освободить Стаффорда. Идея получила восторженное одобрение королевы. Вероятно, только благодаря её уговорам, Карл I согласился с этим планом, но с одной оговоркой: генерал-лейтенантом этой армии должен стать Джордж Горинг, сын того самого Горинга, который шестнадцать лет назад первым покинул собор Парижской Богоматери с известием о венчании Генриетты Марии. На три года моложе Джермина, Горинг, тем не менее, был уже закалённым воином и пользовался уважением многих офицеров и доверием короля и королевы.
Однако королевская чета, к несчастью для Страффорда, позволила вовлечь себя одновременно в другой военный заговор. Четверо молодых аристократов, членов парламента, Генри Перси, Генри Уилмот, Хью Поллард и Уильям Эшбернхэм, все армейские офицеры, считали, что войска недовольны лидерами оппозиции и поддержат своего короля против парламента. Они рассказали об этом Карлу I. Настал момент, когда две группы заговорщиков должны были узнать друг о друге и перейти к совместному сотрудничеству. Генриетта Мария подробно описала свой спор с мужем по поводу того, кому можно было поручить это дело.
-Джермин – наиболее подходящий человек, - настаивал Карл.
-Но мой двор и так считается центром интриг, - возражала королева. – Если же сэр Генри попадёт под подозрение, я его потеряю. А он один из моих самых ценных слуг!
