После чего произнесла имена пяти членов палаты общин, которых отправился арестовывать её супруг: Пима, Хэмпдена, Холлса, Хазелрига и Строуда. Королева не знала, что вероломная Люсинда вскоре после казни своего любовника Страффорда перебралась в постель к «Быку», как придворные дамы называли толстого и лохматого Пима. При этом она стала «такой святой», что посещала пуританские проповеди и даже делала заметки по поводу речей священников. Однако Генриетта Мария доверяла ей, считая, что её старая подруга вращается в оппозиционных кругах для того, чтобы выдавать секреты революционеров своей госпоже. Не выказав никакого удивления словами королевы, леди Карлайл удалилась и быстренько нацарапала записку своему новому любовнику Пиму. Тем времем по пути Карла задержали несколько бедняков, чтобы предложить свои услуги, поэтому, когда он добрался до Вестминстера, то увидел, что пташки улетели.
Узнав обо этом, Генриетта Мария тут же покаялась во всём мужу, который, как обычно, не стал упрекать её. Тем более, что, кроме леди Карлайл, были и другие лица, предупредившие членов парламента об аресте. Шесть дней спустя король вместе с женой, не дождавшись помощи от принца Оранского, покинул Уайтхолл, в который вернулся только в утро своей казни. Каретам, везущим королевскую семью, пришлось пробираться через многотысячную толпу, держащую в руках посохи с единственным словом: «Свобода!» Добравшись до Хэмптон-Корт, королевская чета обнаружила, что для них не подготовили покоев. Переночевав в одной комнате со своими детьми, они спустя два дня двинулись дальше в Виндзор.
Одним из последних оставшихся преданным друзей, сопровождавших королевскую чету, был Эндимион Портер.
-Мой долг и верность, - написал он своей жене из Виндзора, - научили меня следовать за моим королём и повелителем, и, по милости Божьей, ничто не сможет отвлечь меня от этого.
24 января 1642 года Елизавета Богемская сообщила своему брату Карлу I, что её сын Руперт отправился в Англию. Этот принц всегда чувствовал, где предстояла заварушка, чем приносил немалое беспокойство своей матери. Его старший брат принц Палатинский был более благоразумным, написав дяде:
-Я не собираюсь возвращаться в Англию вместе с королевой, если только она не отправится туда…как ангел мира.
