– Ну, хорошо. И что же нам сейчас делать? Поискать... – Я обнаружила, что не знаю по-керториански ничего похожего на «дверной звонок», но выкрутилась: – ... способ попасть внутрь?
– Самый простой – открыть дверь и войти. Но не думаю, что до этого дойдет.
Его уверенный тон вселил в меня определенные надежды, но когда еще пара минут прошла в тишине и покое, лорд Крат со словами:
– Никто не бывает прав всегда, – спрыгнул с пантеры с явным намерением таки сделать что-то с дверью.
Как водится, ровно в этот момент обе створки дверей распахнулись наружу, и оттуда высыпало штук шесть слуг, одетых в ливреи традиционных цветов герцогов Галлего. Возглавлял миниатюрную процессию на редкость крупный мужчина, на лице которого сквозь всегдашнюю керторианскую невозмутимость проглядывало выражение, очень согласующееся со словами лорда Крата, процедившего:
– Соизволили заметить наконец-то.
К моему удивлению, он вновь взлетел в седло с такой легкостью, как будто полутора суток верховой езды просто не было...
Между тем обслуживающий персонал приблизился и расположился маленьким полукругом, после чего здоровяк, очевидно занимавший должность дворецкого, поклонился:
– Мы безмерно рады приветствовать герцогиню и готовы служить ей по мере своих скромных сил. – Он выпрямился, а потом нагнулся еще раз, чуть пониже: – Дарт Файрум к вашим услугам.
И хотя слова дворецкого были явно стандартной формулой, лорд Крат счел своим долгом их прокомментировать:
– Рады вам безмерно, но торопимся не слишком.
На лице дворецкого возникла классическая мина – «мне, конечно, есть что сказать в оправдание, но это ниже моего достоинства», однако его ответ все равно напоминал шпильку в адрес злостного критикана:
– Надеюсь, герцогиня простит нашу невнимательность.
Естественно, лорд Крат это проигнорировал и обратился ко мне:
– С вашего разрешения, герцогиня, я вас покину – мне надо заехать в особняк Танвартов.
Вопросы «а зачем?» и «неужели это так срочно?» были сочтены несоответствующими моменту, и я ограничилась:
– Конечно. Надеюсь, ваш визит не затянется.
– Я буду через час-полтора, – как нечто само собой разумеющееся кинул лорд Крат и отбыл, а я в компании дворецкого отправилась на обязательную обзорную экскурсию по еще одному собственному дому.
Сам осмотр никаких сюрпризов не преподнес, хотя отдельные помещения – вроде зала для торжественных приемов, занимавшего большую часть второго этажа, – заслуживали отдельного описания. Но, к сожалению, моя голова была занята куда более важными и менее приятными вещами, нежели художественные достоинства здешних интерьеров, а под финал прогулки, завершившейся в просторном кабинете на третьем этаже, мне подкинули еще и свежую пишу для размышлений. После дежурных сообщений о том, что мой багаж распакован (мы с капитаном предусмотрительно отправили его в столицу заранее), а обед может быть подан в любую минуту, дворецкий указал на письменный стол, девственную поверхность которого нарушала пара пергаментных свитков.
– Утром на имя герцогини пришли два приглашения на приемы, назначенные на сегодняшний вечер.
– От кого?
– От графини Деор и баронессы Дарон.
– Хм... И как же мне расценивать столь любезные приглашения в свете того, что я с ними незнакома?
Дворецкий замялся, как это часто случалось с керторианцами, когда им хотелось лаконично ответить на вопиюще некорректный вопрос, но интересующие меня сведения я в конце концов получила.
– Дело в том, герцогиня, что здесь все друг с другом знакомы, поэтому фактически нет правил этикета, которые были бы нарушены.
– То есть среди керторианской аристократии подобные приглашения считаются в порядке вещей и мне таким замысловато-вежливым образом дают понять, что признают своей, невзирая на обстоятельства?
– Совершенно верно, герцогиня.
– Но при этом если интерес к моей персоне со стороны графини Деор можно как-то объяснить, то имя баронессы Дарон я, честно говоря, слышу впервые. – Я вопросительно глянула на дворецкого, и тот услужливо пояснил:
– Насколько мне известно, кроме Деоров и Даронов сегодня никто приемов не устраивает.
– Вот как... – Я внимательно изучила его лицо на предмет следов иронии, таковых не обнаружила и уже собралась задать следующий вопрос, но натолкнулась на забавную трудность. – Извините за невежество, но как мне следует к вам обращаться? У вас есть титул, звание или нечто в этом роде?..
– О нет, мой род не имеет никакого отношения к аристократии, поэтому вы можете обращаться ко мне по названию занимаемой мною должности. – После заметной паузы он добавил: – Или просто по имени.
«Если дворецкий для вас нечто большее, чем предмет обстановки», – осталось невысказанным, но трудно было эту мысль не уловить...
– Что ж, прекрасно, Дарт. Вернемся к насущному – могу я не принять приглашение? И должна ли вообще отослать какой-нибудь ответ?
– Можете. Что же касается второго, то это зависит от формы, в которую облечены приглашения. Я почти уверен, что они не подразумевают обязательного ответа. Придете – прекрасно, нет – ничего страшного.
