- Не думаю, - тихо ответил Дамблдор. - Много лет назад, когда я победил его, он сел сюда. Он сам построил эту тюрьму, правда, для своих противников, но Грин-де-Вальд такой волшебник, что ему не нужна палочка, чтобы сбежать. Он не сделал этого только потому, что не захотел.
- Как же вы теперь заставите его пойти с нами? - спросил Драко.
Дамблдор вздохнул и ответил:
- Я попрошу его.
Они облетели замок и зависли в воздухе возле одного из зарешеченных окон. Дамблдор зашептал слова заклинаний, неизвестных Драко, и решетка будто растворилась. В тот же миг директор что-то сказал, и их плавно затянуло в окно. Едва ноги коснулись пола, Драко боковым зрением увидел, как восстановилась решетка.
Они оказались в небольшой темной камере, куда свет пробивался только через окно. Стена, на которую Драко оперся рукой, была такой холодной, будто северные ветры, бушевавшие над скалами, пронизывали ее насквозь.
В углу камеры на кровати сидел человек и смотрел на них. В темноте было не разглядеть черты лица, виднелась лишь светлая борода и горящие, как у двадцатилетнего юноши, глаза.
- Я знал, что ты придешь, - раздался тихий хриплый голос, такой, будто человек снова учился говорить.
- Да, Геллерт, это я, - так же тихо ответил Дамблдор и чуть-чуть, ровно на один шаг, будто ему что-то мешало, приблизился к пленнику. - Здравствуй.
- Здравствуй, - проговорил заключенный и повторил:
- Я чувствовал и ждал тебя.
- Я пришел не один, - сказал Дамблдор, глазами указав на Драко, - это мой ученик, и только ты можешь нам помочь.
- Вам? - бесстрастно произнес хриплый голос. - Чем же?
- Мне нужен партнер, чтобы провести ритуал Возвращения. Я прошу тебя о помощи.
- Это все, что ты хочешь сказать мне? - в голосе Грин-де-Вальда появились странные нотки.
- Нет, - помедлив, проговорил Дамблдор, как будто на самом деле хотел сказать очень много и вместе с тем понимал, что оно не поместиться в словах, оно слишком огромно, чтобы можно было его передать. Вместо этого он подошел к пленнику и тихо произнес:
- Я простил тебя.
«Я простил тебя так давно, ибо не мог по-другому...»
Пленник вскочил с места и, воскликнув: «Альбус!..», крепко обнял Дамблдора. Полоска света из окна озарила волшебников, и в лучах луны Драко на мгновение увидел яркую картину. Вместо стариков с длинными серебристыми бородами стояли, обнявшись, два красивых юноши. Они склонили головы друг к другу, смешивая золотые волосы с темно-русыми и, не отрываясь, глядели друг другу в глаза. Драко показалось, с их губ вот-вот слетят слова - такие знакомые и, наверное, затертые и, вместе с тем, так много значащие.
Через секунду все вернулось на свои места, директор, разжав объятия и повернувшись, улыбнулся Драко, а Грин-де-Вальд сказал:
- Я согласен.
* * *
Дорога назад не показалась Драко такой долгой, и он не терял больше ощущения реальности происходящего, если не брать в счет, что время от времени в ушах звучали голоса, которые он определенно не мог слышать - вокруг было одно лишь пустынное небо, а Грин-де-Вальд и Дамблдор молчали. Малфою казалось, что маги понимают друг друга с полувзгляда, а может быть, оно так и было.
Но они прилетели не в Хогвартс, как первоначально думал Драко, а опустились в одно из ущелий в горах.
Все трое слезли с гиппогрифов, и Грин-де-Вальд устремился к тропинке, которую Малфой сначала не заметил. И не мудрено - она заросла высокой травой, которая каким-то образом выжила в этом забытом солнцем ущелье. Но оба волшебника уверенно пошли через заросли, и Драко последовал за ними.
Их путь оказался недолгим: уже через несколько минут они остановились на краю глубокой воронки, дно которой юноша даже не видел.
Грин-де-Вальд оторвал от нее взгляд и вопросительно посмотрел на Дамблдора.
- Ради кого ты все это делаешь?
- Ради Гарри. Ты знаешь о нем, неправда ли? - сказал Дамблдор, и Драко удивился, откуда человек, много лет заключенный в темнице, мог бы знать о Поттере.
- Да, знаю, - кивнул волшебник и глянул на Драко все теми же блестящими, юными и какими-то веселыми глазами. - А он?..
- Он друг Гарри, - ответил Дамблдор, и в глазах Геллерта мелькнули озорные искорки, а губы на мгновение тронула лукавая улыбка. Но уже в следующий момент его лицо стало серьезным и волшебник обернулся к Дамблдору:
- Моя волшебная палочка?..
Директор протянул ее.
- Только не переусердствуй.
- Хорошо, - ответил Грин-де-Вальд и, взмахнув палочкой, зашептал одновременно с Дамблдором слова заклинания.
