— …Я только что разработал и выпустил ЭВМ, способную с огромной скоростью отыскать необходимую информацию в банке данных. Это и было поводом для моего выступления по телевидению в Сан-Франциско. Неожиданно передачу прервали, и новость стоила того: русские запустили на орбиту первый космический спутник! Известие было ошеломляющим. Меня попросили тут же прокомментировать его. Я извинился, попросив телезрителей дать мне на размышление полминуты. И вот что я сказал. Повторись этот день сегодня, я сказал бы точно то же самое! Американцы, сказал я, сегодня вы встали перед историческим выбором. Одно из двух! Либо вы разобидитесь на русских, мол, как же они посмели, крестьяне неотесанные, самой Америке бросить такой вызов! — и если вы поступите так, если сосредоточитесь умом на способах охоты за русскими спутниками, то это станет началом третьей и последней мировой войны. Но у вас есть другой путь. Скажите русским: браво! Мы, великая Америка, самая могущественная в мире держава, на пороге новой эры голосуем за долгосрочную программу мирного освоения космоса, который открывает человечеству колоссальные перспективы развития. Я сказал: вопрос не в техническом престиже или уязвленном самолюбии. Русские сделали жест доброй воли, и самое опасное — истолковать его недружелюбно, агрессивно, ибо это может стать толчком к невиданной гонке вооружений, началом конца.
— Какой же была реакция Америки в те дни?
— О! Следующие дни явились для меня крушением всех моих надежд, карьеры, жизни. Эго Великой Америки было оскорблено. Газеты полны были желчи, раздражения против России, писали о возросшей «советской угрозе», открыто призывали бросить вам вызов. Кончилось тем, что конгресс утвердил бюджет космической программы, агрессивный характер которой даже не маскировался. Началось! Я понял, что мое семейное бомбоубежище — это паутина, нарисованная Бьюзи Бьюзом…
Миллиардеру было 36 лет. Одну за другой он продал все свои 30 компаний, закончив парижской фирмой, которая, впрочем, доныне сохраняет в своем названии имя ее основателя. Два года Бенсон мелькал на университетских кафедрах, конференциях ученых, телеэкранах и газетных полосах всего мира. Он нашел не только руль (мирное сосуществование двух систем ради общечеловеческого прогресса!), но и педаль тормоза (многостороннее и одновременное разоружение!). Он посещал развалины старых цивилизаций, щедро одаривая миллионами реставраторов старины, и в таких-то вояжах встретился с тибетским мудрецом, что 32 года размышлял над природой Эго. От него он вышел преображенный. Ухнув чуть ли не все свое состояние в строительство тибетских школ, больниц, монастырей, Бенсон получил развод от жены, но все семеро детей решили остаться с отцом. И тут заговорила в нем французская кровь матери. Он кружил на вертолете над лесами Дордони и, выглядев хорошо спрятанный лешими полуразваленный замок, купил его вместе с клином в 350 гектаров.
На следующие 15 лет мир позабыл о чудаке-миллиардере. Но вот он сочинил 109-й скрипт, назвав его не по канонам сказки: «Книга мира», и повез дарить президентам, премьер-министрам, главам церквей, королям, сенаторам, ученым, комитетам борьбы за мир, пацифистским организациям, вдруг проросшим повсюду, словно грибы после доброго дождя. В декабре 1981 года приехал Бенсон и в Советский Союз, представил книгу по телевидению. Но что же стронуло Бенсона в путь, что лишило созерцательного покоя среди пришлых философов и охочих до бесед дордонских крестьян? Я вопрос свой, не без умысла, повернул вот так:
— Если взять тот человеческий куб, о котором уже говорилось, то вы в нем все время поднимались вверх. От военнослужащего — к ученому. От ученого — к промышленнику. А от промышленника… да вот и сейчас вас приглашают к себе главы четырех государств. Вы сделались политиком, мистер Бенсон?
— Нет! — крикнул он так, что в затухающем камине закраснелись угольки. — Я там, где вся человеческая совокупность! Мне не нужно больше бомбоубежищ! Ни в какие пещеры я не побегу, пока на свете есть хотя бы один незащищенный ребенок! Если должна на меня упасть бомба по команде какого-нибудь глупого компьютера, то и пусть упадет! Шляпы и то не надену! Мы не настроимся бомбоубежищ на всех! Зарываться в пещеры, когда мы можем летать на планеты! Кто сказал, что мир — это дело политиков? Мир — это дело всех! Капитализм и социализм существуют на одной земле, это — факт, против которого нельзя идти с бомбами! Вся человеческая цивилизация на карте, а не какая-нибудь одна система! Наступает самый черный период человеческой истории! Мы либо образумимся, либо сгорим!
Когда мы встретились, Бенсон заканчивал свой 110-й скрипт.
«Птица мира».
Взлетит ли она? Пророчества не абсолютны, и репортажем-сказкой Бенсон решил опередить собственный проект.
В честь юбилея ООН в небо планеты взлетает самолет — «Птица мира». На борту его 320 ребят, по двое от каждой страны.
Они везут с собой Кнопку Разоружения — последнее и лучшее изобретение Бернара Бенсона.