Три молодца за клад мертвеца полностью

Восьмидесятилетний юбилей Зинаиды Антоновны Лосевой отмечали с размахом. Гостей было примерно столько же, сколько лет юбилярше. Приехали родственники со всей страны, пришли соседи, коллеги, заглянули на огонёк ученики… Даже из мэрии Перми заслуженной учительнице прислали цветы и открытку.

Среди гостей были и два взрослых внука юбилярши, двоюродные братья Илья и Михаил. Как раз сейчас они вышли из ресторана на улицу, проветриться и отдохнуть от шумной толпы.

Перейдя через дорогу, парни оказались в небольшом скверике, состоящем из трех лавочек и фигурно подстриженных кустов.

Илья закурил, а Миша сел на лавочку, потянулся всем телом и с наслаждением подставил лицо апрельскому ветерку и солнцу.

Двоюродные братья являли собой такой сильный контраст, что рядом смотрелись комично. Михаил в свои двадцать шесть лет был высоким и очень худым, без единого намёка на брюшко. У него была белая, моментально обгорающая на солнце кожа, волосы цвета соломы и бледно-серые глаза. Он сутулился и в целом казался неуклюжим. Однако недостаток силы и ловкости парень компенсировал умом и эрудицией.

Илья был младше на три года, но выглядел более взросло и брутально — сказывались гены дедушки-кавказца. Именно от него Илье передались чёрные волосы, густая борода и смугловатый оттенок кожи. Парень был чуть ниже среднего роста, но широкоплечий и крепкий. Он занимался спортом, и движения у него были ловкие и выверенные. Илья отнюдь не был тупым качком, но до широты знаний двоюродного брата не дотягивал. Впрочем, он по этому поводу нисколько не переживал.

— Бабуле уже восемьдесят… — задумчиво сказал Илья. — А она молодец, бодрячком держится.

— Она ещё и работает. Конечно, уроков мало берёт, не как раньше. Но без работы и движения она зачахнет.

— Ага, бабуля у нас электровеник, всегда такая была. Хорошо, что на юбилей родня собралась, хоть посмотрели все друг на друга. Мы вот с тобой когда последний раз виделись?

— Хм. Кажется, пару лет назад. Я в Нижний Тагил к тебе приезжал.

— Не, это раньше было, в 2016-м. Три года назад, получается. Я помню, что я тогда недавно из армейки пришёл, и ты в гости прикатил.

— Ааа, точно. Хорошо тогда погуляли.

Парни помолчали, а потом Илья, выдохнув клуб дыма, спросил:

— Что за разговор? Ты в “телеге” намекал, что лично перетереть надо.

Лицо Михаила сразу стало серьёзным. Он огляделся по сторонам и, убедившись, что посторонних рядом нет, сказал:

— Только не удивляйся. Хочешь найти настоящий клад?

Поперхнувшись дымом, Илья закашлялся и выронил сигарету. Когда он выпрямился, на его лице читались удивление и недоверие.

— Мих, ты чего, фильмов про пиратов пересмотрел?

— Дурак! Я про настоящий клад. Старинный, с драгоценностями.

— Ээээ… Ты щас серьёзно?

— Вполне. Я же в Пермском архиве работаю. У нас море документов хранится на разные темы. А я люблю покопаться в бумагах, поискать что-нибудь занятное. И недавно наткнулся кое-что интересное.

— Давай, жги.

— Жила когда-то в Пермской губернии купеческая семья Ермолаевых. По легенде, Ермолаев-предок был разбойником, но вовремя свернул с преступного пути, награбленное выгодно вложил и стал уже не крестьянином, а купцом. Потом и вся семья перешла в купеческое сословие и успешно торговала. Ермолаевы олигархами не были, так, крепкие середняки. Вплоть до революции были на местном уровне уважаемой купеческой фамилией.

— Минутка занимательного краеведения. А дальше что?

— Октябрьскую революцию Ермолаевы не приняли и уехали за границу, но глава семейства, Павел Иванович, остался. Вроде как он финансировал антисоветскую деятельность, за что и загремел в двадцатых. Дальше его след теряется.

— А клад тут при чём?

— Я читал в архиве протокол допроса Павла Ермолаева. Среди прочего его спрашивают, владел ли он такими-то ценными вещами. Он отвечает, что да, но всё это закопал на малой родине, а где именно — не скажет даже под расстрелом. И, судя по протоколу, вправду не сказал. А список ценностей огого: золотые царские рубли, серебро, ювелирка… Солидно, в общем. Давай найдём ермолаевский клад!

Илья почесал затылок и вздохнул.

— Мих, не обижайся, но звучит так себе. Какой-то купец где-то что-то зарыл. Так можно сто лет искать.

— Ну, это я так, в общем. Согласишься — расскажу всё, что знаю, про родовое гнездо Ермолаевых. Скорее всего, клад там.

— А почему ты именно мне про клад рассказываешь? Не своим друзьям, не кому-то ещё?

— Потому что я знаю твоё хобби. Ты чёрным копательством занимаешься.

— Я…

— Илюха! У тебя ник в танках “бугровик”, и форумы копательские я в закладках на твоём компе видел. А металлоискатель крутой у тебя кладовке зачем лежит? И в багажнике “Нивы” твоей всякое такое?..

— Блин, ну ты глазастый! Да, я копаю иногда. Люблю древние штуки.