- Я сын того д'Артаньяна, который участвовал в войнах за веру вместе с великим королём Генрихом, отцом его величества короля.
- Вот-вот! Значит, это вы семь или восемь месяцев назад покинули родину и уехали искать счастья в столицу?
- Да, монсеньёр.
- Вы проехали через Менг, где с вами произошла какая-то история… не помню, что именно… словом, какая-то история.
- Монсеньёр, - сказал д'Артаньян, - со мной произошло…
- Не нужно, не нужно, - прервал его кардинал с улыбкой, говорившей, что он знает эту историю не хуже того, кто собирался её рассказывать. - У вас было рекомендательное письмо к господину де Тревилю, не так ли?
- Да, монсеньёр, но как раз во время этого несчастного приключения в Менге…
- …письмо пропало, - продолжал кардинал. - Да, я знаю это. Однако господин де Тревиль - искусный физиономист, распознающий людей с первого взгляда, и он устроил вас в роту своего тестя Дезэссара, подав вам надежду, что со временем вы вступите в ряды мушкетёров.
- Вы прекрасно осведомлены, монсеньёр, - сказал д'Артаньян.
- С тех пор у вас было много всяких приключений. Вы прогуливались за картезианским монастырём в такой день, когда вам бы следовало находиться в другом месте. Затем вы предприняли с друзьями путешествие на воды в Форж. Они задержались в пути; что же касается вас, то вы поехали дальше. Это вполне понятно - у вас были дела в Англии.
- Монсеньёр, - начал было ошеломлённый д'Артаньян, - я ехал…
- На охоту в Виндзор или куда-то в другое место - никому нет до этого дела. Если я знаю об этом, то лишь потому, что моё положение обязывает меня всё знать. По возвращении оттуда вы были приняты одной августейшей особой, и мне приятно видеть, что вы сохранили её подарок…
Д'Артаньян схватился за перстень, подаренный ему королевой, и поспешно повернул его камнем внутрь, но было уже поздно.
- На следующий день после этого события вас посетил Кавуа, - продолжал кардинал, - и просил явиться во дворец. Вы не нанесли этого визита и сделали ошибку.
- Монсеньёр, я боялся, что навлёк на себя немилость вашего высокопреосвященства.
- За что же, сударь? За то, что вы выполнили приказание своего начальства с большим искусством и большей храбростью, чем это сделал бы другой на вашем месте? Вы боялись немилости, в то время как заслужили только похвалу! Я наказываю тех, которые не повинуются, а вовсе не тех, которые, подобно вам, повинуются… слишком усердно… В доказательство припомните тот день, когда я послал за вами, и восстановите в памяти событие, которое произошло в тот самый вечер…
Именно в этот вечер произошло похищение г-жи Бонасье.
Д'Артаньян вздрогнул: он вспомнил, что полчаса назад бедная женщина проехала мимо него, увлекаемая, без сомнения, той же силой, которая заставила её исчезнуть.
- И вот, - продолжал кардинал, - так как в течение некоторого времени я ничего о вас не слышу, мне захотелось узнать, что вы поделываете. Между прочим, вы обязаны мне некоторой признательностью: должно быть, вы и сами заметили, как вас щадили при всех обстоятельствах.
Д'Артаньян почтительно поклонился.
- Причиной было не только вполне естественное чувство справедливости, - продолжал кардинал, - но также то, что я составил себе в отношении вас некоторый план…
Удивление д'Артаньяна всё возрастало.
- Я хотел изложить вам этот план в тот день, когда вы получили моё первое приглашение, но вы не явились. К счастью, это опоздание ничему не помешало, и вы услышите его сегодня. Садитесь здесь, напротив меня, господин д'Артаньян! Вы дворянин слишком благородный, чтобы слушать меня стоя.
И кардинал указал молодому человеку на стул. Однако д'Артаньян был так поражён всем происходившим, что его собеседнику пришлось повторить своё приглашение.
- Вы храбры, господин д'Артаньян, - продолжал кардинал, - вы благоразумны, что ещё важнее. Я люблю людей с умом и с сердцем. Не пугайтесь, - добавил он с улыбкой, - под людьми с сердцем я подразумеваю мужественных людей. Однако, несмотря на вашу молодость, несмотря на то, что вы только начали жить, у вас есть могущественные враги, и, если вы не будете осторожны, они погубят вас!
- Да, монсеньёр, - ответил молодой человек, - и, к сожалению, им будет очень легко это сделать, потому что они сильны и имеют могущественную поддержку, в то время как я совершенно одинок.
- Это правда, но, как вы ни одиноки, вы уже успели многое сделать и сделаете ещё больше, я в этом не сомневаюсь. Однако, на мой взгляд, вы нуждаетесь в том, чтобы кто-то руководил вами на том полном случайностей пути, который вы избрали себе, ибо, если я не ошибаюсь, вы приехали в Париж с честолюбивым намерением сделать карьеру.
- Мой возраст, монсеньёр, - это возраст безумных надежд, - сказал д'Артаньян.
- Безумные надежды существуют для глупцов, сударь, а вы умный человек. Послушайте, что бы вы сказали о чине лейтенанта в моей гвардии и о командовании ротой после кампании?
- О, ваше высокопреосвященство!
- Вы принимаете, не так ли?
- Монсеньер… - смущённо начал д'Артаньян.
- Как, вы отказываетесь? - с удивлением воскликнул кардинал.
