Миледи осталась одна и устремила глаза на дверь; минуту спустя раздался звон шпор, гулко отдававшийся на лестнице, затем шаги приблизились, дверь распахнулась, и на пороге появился человек.
Миледи радостно вскрикнула: этот человек был граф де Рошфор, душой и телом преданный кардиналу.
- А! - воскликнули одновременно миледи и Рошфор. - Это вы!
- Да, я.
- И откуда? - спросила миледи.
- Из-под Ларошели. А вы?
- Из Англии.
- Бекингэм?
- Умер или опасно ранен. Когда я уезжала, ничего не добившись от него, один фанатик его убил.
- А! - усмехнулся Рошфор. - Вот счастливая случайность! Она очень обрадует его высокопреосвященство. Известили вы его?
- Я написала ему из Булони. Но каким образом вы здесь?
- Его высокопреосвященство беспокоится и послал меня отыскать вас.
- Я только вчера приехала.
- А что вы делали со вчерашнего дня?
- Я не теряла даром времени.
- О, в этом я не сомневаюсь!
- Знаете, кого я здесь встретила?
- Нет!
- Отгадайте!
- Как я могу отгадать?
- Ту молодую женщину, которую королева освободила из тюрьмы.
- Любовницу этого мальчишки д'Артаньяна?
- Да, госпожу Бонасье, местопребывание которой было неизвестно кардиналу.
- Ну, вот ещё одна счастливая случайность, под пару той, - заметил Рошфор. - Положительно, господину кардиналу везёт!
- Можете представить моё удивление, - продолжала миледи, - когда я очутилась лицом к лицу с этой женщиной!
- Она вас знает?
- Нет!
- Значит, вы для неё чужая?
Миледи улыбнулась:
- Я её лучший друг!
- Клянусь честью, только вы, милая графиня, можете творить такие чудеса!
- И счастье моё, что мне удалось стать её другом, шевалье: знаете ли вы, что здесь происходит?
- Нет!
- Завтра или послезавтра за ней приедут с приказом королевы.
- Вот как! Кто же это?
- Д'Артаньян и его друзья.
- Право, они дождутся того, что мы будем вынуждены засадить их в Бастилию.
- Почему же они до сих пор на свободе?
- Ничего не поделаешь! Господин кардинал питает к этим людям какую-то непонятную для меня слабость.
- В самом деле?
- Да.
- Ну, так скажите ему следующее, Рошфор: скажите ему, что наш разговор в гостинице «Красная Голубятня» был подслушан этой четвёркой; скажите ему, что после его отъезда один из них явился ко мне и силой отнял у меня охранный лист, который кардинал дал мне; скажите ему, что они предупредили лорда Винтера о моём приезде в Англию; что и на этот раз они едва не помешали исполнить данное мне поручение, как уже помешали в деле с подвесками; скажите ему, что из этих четырёх человек следует опасаться только двоих - д'Артаньяна и Атоса; скажите ему, что третий, Арамис, - любовник госпожи де Шеврез; его надо оставить в живых, тайна его нам известна, и он может быть нам полезен; а что касается четвёртого, Портоса, то это дурак, фат и простофиля, и не стоит даже обращать на него внимание.
- Но все четверо теперь, должно быть, на осаде Ларошели?
- Я сама так думала, но письмо, которое госпожа Бонасье получила от госпожи де Шеврез и имела неосторожность показать мне, заставляет меня предположить, что все четверо, напротив, сейчас в дороге и явятся сюда, чтобы увезти её.
- Чёрт возьми! Что же делать?
- Что приказал вам кардинал относительно меня?
- Получить ваши донесения, письменные или словесные, и вернуться на почтовых; а когда он будет осведомлён обо всём, что вы сделали, он решит, как вам дальше поступить.
- Так я должна остаться здесь?
- Здесь или где-нибудь поблизости.
- Вы не можете увезти меня с собой?
- Нет, мне дано точное приказание. В окрестностях лагеря вас могут узнать, а ваше присутствие, сами понимаете, будет бросать тень на его высокопреосвященство.
- Ну что ж, придётся мне ждать здесь или где-нибудь поблизости.
- Только скажите мне заранее, где вы будете ожидать известий от кардинала, чтобы я всегда знал, где вас найти.
- Послушайте, я, вероятно, не смогу остаться здесь…
- Почему?
- Вы забываете, что с минуты на минуту сюда могут приехать мои враги.
- Это правда. Но, в таком случае, эта юная особа улизнёт от его высокопреосвященства?
- Ну нет! - ответила миледи с присущей только ей улыбкой. - Вы забываете, что я её лучший друг.
- Да, это правда! Итак, я могу сказать кардиналу относительно этой женщины…
- …что он может быть покоен.
- И это всё?
- Он поймёт, что это означает.
- Он догадается. А что же мне теперь делать?
- Немедленно ехать обратно. По-моему, известия, которые вы доставите кардиналу, стоят того, чтобы поспешить.
- Моя коляска сломалась, когда я въезжал в Лилье.
- Чудесно.
- Как так - чудесно?
- Да так, ваша коляска нужна мне.
- А как же я, в таком случае, доберусь?
- Верхом. Скачите во весь опор.
- Хорошо вам это говорить! А каково мне будет проскакать сто восемьдесят лье?
- Пустяки!
- Ну, так и быть. А дальше?
- Дальше: когда вы будете проезжать через Лилье, вы пошлёте мне коляску и прикажете вашему слуге, чтобы он был в моём распоряжении.
- Хорошо.
- У вас, конечно, есть с собой какой-нибудь приказ кардинала?
- У меня есть письменное полномочие действовать по своему усмотрению.
