— Нет, эти новее — и куда лучше. Здесь хранится жар тысяч жизней — Лу, ньен, садагов, дре и лха, от которых была очищена Олмо Лунринг. Они послужат тому, чтобы снова согреть мир. А теперь мне пора, — сказала Палден Лхамо и ступила в разлом в стене. Тот сразу сомкнулся, скрыв полое нутро скалы, но я еще долго стоял на месте, прижавшись мордой к стеклу и вглядываясь в темноту.
[1] Месектет (др. — егип.) — название ночной ладьи Ра, на которой он совершал свое путешествие по Дуат.
[2] В др. египетской иероглифике круглый хлеб означал звук t(те).
[3] Это довольно близкий пересказ фольклорной истории про тибетского трикстера, Дядю Т(Д)онпа.
[4] Пурбой называют ритуальный трехгранный кинжал, но первоначальное значение этого слова — колышек для привязи животных.
[5] Шу — др. — ег. божество воздуха, разделяющее небо и землю, зд. — атмосфера.
[6] Двипа (санскр.) — остров, суша. Махадвипа —
[7] Из «Дзйэцхар-Мигчжан» Жамбалдорчжэ, в пер. на рус. Юмжана Жалсановна Жабон.
[8] Животные — ваханы богинь времен года.
[9] (тиб.) Драгоценность.
[10] Маричи, богиня рассвета (или солнца в целом).
[11] В данном случае, ваджра — алмаз.
[12] Нэб анкх (др. ег.) — «владыка жизни», одно из названий саркофага.
[13] У обычной моли действительно отличное обоняние.
[14] aHAwty (др. — ег.) — воин.
[15] Завиток счастья (санкср.).
[16] Помет грифа.
[17] Вайдурья (санкср.) — драгоценный камень голубого цвета; возможно, лазурит, берилл или александрит.
[18] Сухет (swht) (др. — ег.) — яйцо.
Свиток V. Ночь и день
С тех пор, как Палден Лхамо пообещала, что мне позволено будет выйти из Когтя, я в нетерпении считал дни до новогодней недели. Благо, считать я научился прилично; даже перечел все лучи мозаичного солнца на потолке спальни — их было ровно сто пятьдесят восемь. А поскольку мне предстояло присоединиться к процессии самих лха, я заранее приготовил наилучшую одежду: штаны из многослойного малинового муара, доставшиеся мне от Шаи; халат из парчи с крупными кусками огненно-рыжего янтаря на плечах и груди — с плеча Падмы; длинные носки из голубого шелка и широкий пояс в тон, с шерстяными кисточками на концах, — из сундуков Сиа; бусы зеленой бирюзы — их я выпросил у Камалы и, конечно же, длинноухую шапку с опушкой из лисьего меха — подарок Утпалы. Когда я разложил это великолепие на кровати, у меня аж дух перехватило. Однако ж не все оценили мои старания и тонкий вкус!
— Ты что, правда собираешься все это разом напялить? — спросил Сиа, скривившись так, словно я сунул ему под нос раздавленного клопа. Но я только сурово нахмурился в ответ и упрятал одежду поглубже в потайную нишу в стене, за стебли стеклянного тростника, — дожидаться своего часа.