Гордеев не ответил. Его взгляд упал на пустующий столик – один из многих, но ближний к месту трагедии. Там лежала пачка сигарет «Кэмел». В нее была заправлена красная зажигалка. «Зоринские сигареты! – догадался Гордеев. – Вот где он сидел, и его убили…» Сам не понимая зачем, Петр Петрович шагнул к столику и поднял пачку. Под ней был ключ с плоским брелоком. Он сразу узнал его – от офиса убитого детектива! Оглянувшись на зевак, все еще глазевших на труп, Гордеев потянулся, быстро схватил ключ и, полоснув взглядом Алексея, метнулся к дороге…
– Зачем вы взяли этот ключ? – нагоняя его, спросил тот. – Это ж воровство?!
– Едем, – тихо отрезал Петр Гордеев.
– К Зорину?
– Нет, его мы уже не застанем.
– Значит, завтра?
Гордеев резко покачал головой:
– Завтра тоже.
Он уже переходил дорогу. Алексей, начинавший раздражаться, следовал за ним:
– А когда же?
– Никогда. Говорю, едем.
Гордеев первым сел в машину, но на этот раз за руль. Алексей открыл дверцу, уселся с другой стороны.
– Я вас не понимаю, Петр Петрович. И потом этот ключ – объясните.
– Это ключ от кабинета детектива Зорина в доме по улице Котовского, где мы сегодня были, – подробно объяснил Гордеев и кивнул на ту сторону улицы. – А там на асфальте лежит сам Зорин. – Он повернулся к молодому человеку. – Его убили – свернули шею. Здорово? – повторил он вопрос поддатого врача.
– Что?!
– Вот так-то.
Он завел мотор:
– Поведу я, хочу развеяться.
Вел машину Гордеев быстро и уверенно. Хмель прошел. Зорин сейчас лежал на асфальте со свернутой шеей и ожидал, когда его бросят на холодный стол городского морга под белый свет потрескивающих ламп. Точно так же, как несколько месяцев назад на похожих столах лежали бизнесмены Матвеев и Сейфуллин со всей своей шатией-братией. Какое чудовищное совпадение, думал Гордеев, накручивая баранку, то и дело пытаясь уловить в боковом зеркальце фары догоняющих его машину автомобилей…
– Итак, сядем в кресла, как это делали Шерлок Холмс и доктор Ватсон, нальем коньяку или бренди и будем рассуждать.
– Будем, – согласился Алексей.
– Только надо еще подумать о закуске…
– Неплохо бы.
Разговор происходил в гостиной Гордеева. Хозяин дома открыл бар, думая, что бы оттуда вытянуть, но потом взял наугад сразу несколько бутылок и поставил их на стол. Сходив на кухню, он принес копченую курицу, баночку кальмаров, шпроты и лимон. Алексей помог ему с посудой.
Гордеев наполнил бокалы коньяком и, не дожидаясь сотрапезника, выпил залпом. Алексей, решив, что так надо, последовал его примеру. Гордеев налил снова.
– Итак, – посмотрев на молодого человека, сказал Петр. – Зорин убит, и его смерть имеет прямое отношение к делу, которое он подрядился выполнить для меня. По-иному и быть не может. Но кто его убил? За столом с детективом, как сказала официантка, сидела девушка. Вполне возможно, это была Ева. Но разве хрупкая, пусть и очень незаурядная молодая женщина способна свернуть голову здоровому крепкому мужчине, для которого физическая и умственная борьба – профессия? Может быть, покойный Зорин с неба звезд и не хватал, но против девушки устоять бы смог. – Он взял бокал, и Алексей последовал его примеру. – Потом, не по-женски это – сворачивать шею, да еще в людном месте. Ты согласен?
– Да, согласен.
– Скорее, женщина, покусившаяся на убийство, подлила бы партнеру яд. Но свернуть шею – увольте! Это для здорового крепкого мужчины.
Гордеев осушил бокал с коньяком, тоже не замедлил сделать и Погодин. Оба закусили лимоном, зацепили по кусочку копченой курицы.
– Кто же этот здоровый крепкий мужчина? – продолжал хозяин дома. – Колобок? Но ведь фотографу лет шестьдесят, и он совсем не похож на убийцу, ломающего своей жертве кости. Я его видел. Дерзкий и злой ботаник, не более того.
– Кто-то третий? – затаив дыхание, спросил Алексей, на которого коньяк, да на голодный желудок, уже заметно подействовал. – О ком мы пока ничего не знаем?
– Из моей головы не выходит «триллер», рассказанный Евой однажды ночью: оба «фрагмента» – убийство Бориса Матвеева из-за чемоданчика с миллионом долларов в его «Мерседесе» и Марата Сейфуллина, в собственном доме. В обоих случаях были убиты физически сильные мужчины. Трех из них героиня Евы, если так можно выразиться, отравила. Это я понимаю, это по-бабски. Еще одному воткнула шило за ухо…
– За ухо? – переспросил Алексей Погодин.
– Да, старая восточная расправа. Женщины-убийцы носили в своих огромных прическах длинные заколки, которые в нужный момент превращались в смертоносное оружие. Это я тоже могу понять. Но шоферу Матвеева, здоровому бугаю, свернули шею. Это какой же силой нужно обладать? И вообще, хватит ли тут одних человеческих способностей или та женщина была каким-то сверхсуществом: зловещим, беспощадным, а главное – предельно расчетливым?
Алексей первым потянулся за бокалом.
– Молодец, – одобрил его жест Гордеев. – И кто управлял ею? Ева мне сказала, что эта дама сама не знает, кто она. Лунатик! А стало быть, за ней кто-то стоит, более могущественный и страшный.
Они выпили коньяк просто как лекарство. И вновь посмотрели друг на друга.
