Величественная цитадель диктатора расплывчато вырисовывалась в потоках бури, смутно просвечивая сквозь них голубым светом своих окон. Ни ночь, ни буря не могли остановить бурную деятельность, кипевшую в нервном центре Лиги Холодных Миров, где диктатор и его офицеры планировали величайший завоевательный поход в истории.
До глубоких подземелий цитадели бешеный рев шторма доносился лишь как глухой непрерывный гул. И здесь, в освещенной бледно-синим светом камере, Джон Торн напряжённо трудился
Он передвигал свой стул по полу, дюйм за дюймом толкая вперед своё тело, удерживаемое кожаными ремнями. Медленно он продвигался к двум своим спящим товарищам.
- Должен сделать это сейчас или никогда! - гудел психофон Торна. - Утром они узнают о моем плане из отчета машины. Мы должны успеть всё сделать до утра....
Глаза Торна лихорадочно горели. У него возникла отчаянная идея, как им спастись.
Дни и ночи минули с того момента, как Дженк Чирлей улетел на Эребус с Ланой Кейн. Сколько именно дней и ночей - Торн не мог вспомнить точно. Время для него слилось в один мутный поток. Ему казалось, что он вот-вот сойдет с ума. Но он был рад, что никто из них не знает, как действует оружие Союза.
Самой мучительной мыслью, терзавшей его все эти долгие часы, была мысль о Чирлее, улетевшем с Ланой на Эребус за радитом. Уранец вернется с радитом. Но он вернется без Ланы, ведь теперь она больше не будет нужна Лиге!
Час назад люди Траска забрали из психофонов планетёров кассеты с записью их мыслей. Затем они поставили новые кассеты и ушли. И именно тогда у Торна родился безумный план побега.
Его мысли о побеге тот час озвучивались и записывались психофоном. И Торн понимал, что он должен успеть всё сделать, прежде чем эта запись будет прочитана. Торн продолжал судорожно раскачивать стул, надеясь, что гул бури помешает двум охранникам в коридоре услышать его.
Он осторожно двигал свой стул вперёд, тонкие чёрные провода, соединявшие его затылок с психофоном, медленно натягивались. Наконец стул Торна оказался рядом со стульями, в которых устало спали Ганнер Уэлк и Сол Ав.
- Ганнер! - яростно прошептал Торн. - Проснись!
Меркурианин медленно открыл затуманенные покрасневшие глаза. Сол Ав зевнул, также проснувшись. Их психофоны начали гудеть оживлённее, озвучивая вновь начавшийся поток осознанных мыслей.
- Ганнер, я хочу, чтобы ты опрокинул свой стул так, чтобы твоя голова оказалась на моем стуле, - тихо сказал Торн. - Тогда, возможно, ты сможешь перегрызть один из этих кожаных ремней у меня на руках.
- И что это даст? - спросил Ганнер с унылой безнадежностью. - Даже если мы освободимся из этих пут, мы не сможем выйти из клетки, ведь она заперта волновым замком.
- У меня есть идея, как выбраться отсюда, - быстро ответил Торн. - Это наш единственный шанс!
- Попробуй, Ганнер! - сказал Сол Ав.
Безо всякой надежды на лице Ганнер Уэлк повиновался. Он начал раскачиваться на своем стуле, пока не упал вперед так, что его голова оказалась на коленях Торна. Повернув голову, огромный меркурианин впился зубами в кожаный ремень на запястье Торна.
Двоим другим узникам оставалось только молча слушать, как скрипят его челюсти, пытаясь перегрызть жёсткую юпитерианскую кожу. Их психофоны продолжали болтать, озвучивая разные мысли. Шум бури сверху продолжал наполнять коридор гулом, достаточно громким, чтобы заглушить возможные подозрительные звуки из их камеры, которые могли бы привлечь внимание охранников.
Вдруг Торн почувствовал, что ремень, который грыз Ганнер, начал ослабевать. Он напряг руку, как только мог. Ремень порвался!
Торн быстро расстегнул другие ремни, державшие его. Затем поставил стул с Ганнером обратно на ножки. После он протянул руку назад и онемевшими пальцами нащупал крошечные иглообразные электроды на своём затылке и вытащил их. Его психофон замолчал. Торн встал на ноги. Он пошатнулся, онемевшие ноги подогнулись под ним. Заставив себя выпрямится и успокоится, он освободил Сол Ава и меркурианца..
- Пока не отключайте свои психофоны! - предупредил их он. - Если охранники вдруг услышат, что все наши психофоны замолчали, они заподозрят неладное.
- И что теперь? - прошептал Сол Ав. - Как мы сможем выйти из камеры без ключа?
- Да, что там у тебя за идея? - хрипло спросил Ганнер.
- Она мне пришла в голову, когда я наблюдал как они меняют кассеты в психофонах. - ответил Торн. - Я старался не думать об этом, пока они не ушли.
Он снял с потолка свой психофон, который столько дней оглушал его потоками его же мыслей. Дрожащими пальцами он начал разбирать небольшую, но сложную машину, торопливо извлекая из неё провода, катушки и конденсаторы.
- Здесь достаточно деталей, - нервно бормотал он. - Если только я смогу как следует вспомнить свое техническое образование.
Торн стал собирать разные части машины, но в совершенно другом порядке, чем они были собраны раньше.
Прошел час, другой. Гул бури наверху стал еще громче, заглушая гудение двух других психофонов.
Наконец Торн выпрямился, держа в руках собранный им небольшой прибор. Его руки дрожали, с лица градом лился пот.