– Так вот, как и животные, мы получаем и передаем информацию, используя обоняние. Друг с другом мы, ягуары, общаемся с помощью поведения и запахов. Со всеми остальным этот навык работает только в одну сторону. Основываясь только на запахе, мы можем узнать о ком угодно больше, чем он сам о себе знает.
Слышать, как кто-то говорит о себе, как о животном, совершенно этого не стесняясь и принимая себя полностью, было немного странно. Помимо Гриши у меня не было других знакомых оборотней. А вожак волков за исключением того случая в моей квартире, когда потерял самообладание и позволил своим глазам стать волчьими, всегда вел себя подчеркнуто обыденно.
– И что ты можешь сказать обо мне? – спросила я. За окном замелькали знакомые пейзажи. В окнах многоэтажных домов, мимо которых мы проносились, давно не горел свет. Погруженные во тьму, стояли закрытыми магазины, радовали своей пустынностью остановки городского транспорта. Жители города спали и даже не подозревали, насколько важной была эта ночь.
Для всех нас.
– Что твоё тело хочет меня, – сообщил парень так, будто беседовал о чаепитии у самовара с пряниками.
На заднем сидении зашлась в судорожном кашле Ниса, громко, со свистом хватая воздух и колотя себя кулачком в грудь.
– Хочет так сильно, что тянется ко мне. И ты ничего не можешь с этим поделать, – золото в глазах оборотня заискрилось, затанцевало с новой силой, будто золотые песчинки, подхваченные ураганом.
Я стиснула зубы, чувствуя, как алеют щеки.
Я, взрослый человек, всё детство наблюдавший, как заходят и выходят из отцовской спальни новые и новые женщины, многие из которых даже не пытались скрывать, чем именно они занимаются с моим отцом, покраснела! Покраснела, как первоклассница!
– Тебе не стоит смущаться, – парень склонил голову к плечу. – Реакция твоего тела на меня – самое правильное, что может быть.
Я неистово заморгала и замахала руками на горящее лицо.
– Я не понимаю…
– Тебя тянет ко мне, как женщину к мужчине, но не только, – с таинственной улыбкой, в которой мне привиделись зловещие черты, разъяснил парень. – Ты чувствуешь во мне то, чего тебе самой в себе не хватает.
– И чего же? – знала, что не нужно поддаваться на провокацию и продолжать этот странный диалог, но всё же не смогла устоять.
– Жестокости.
Возможно, я ошиблась, а возможно по его лицу действительно скользнуло презрение.
Появилось и пропало.
Стало так неуютно. Жар отступил, стало зябко. Перемена была столь резкой и грубой, что заныло разом всё тело, как если бы я из приятно-горячей ванны сиганула в ледяную прорубь.
– Поворачивай направо, – с неприкрытой враждебностью приказала Ниса, а я с радостью и облегчением увидела поворот на родную улицу.
Парень молча подчинился и едва впереди показался мой дом, я практически заорала:
– Тормози!
– Как скажешь, – рассмеялся водитель и покорно остановился, подрулив к заезду во двор. – Значит, здесь ты живешь?
Он наклонился вперед, рассматривая сквозь стекло мой многоквартирный дом.
– Выглядит…
– Неплохо, да? – с энтузиазмом воскликнула я, отстегивая ремень безопасности.
– Скверно, – вынес откровенный вердикт златоглазый, кладя руку поверх моей, потянувшейся, чтобы распахнуть дверь. – Стой.
– В гости не позову, даже не думай, – решительно пресекла я все возможные намеки.
– Я так и не ответил на твой вопрос.
Я замерла, сама мысленно удивившись такой покорности, которая была мне в принципе несвойственна.
– Ты ответил на все мои вопросы. Других у меня нет! – поторопилась заверить его я, но не получилось.
Он не поверил, и правильно сделал.
– Пусть твоя подруга выйдет, – приказал парень.
– Если я и выйду, то только для того, чтобы выкопать тебе могилу, – с ненавистью пообещала ему Ниса.
– Пусть она выйдет, и я сообщу тебе кое-что интересное, – напустил тумана оборотень.
– Ниса, выйди, – приказала я.
– Но, Ди! – начала спорить подруга.
Договорить я ей не дала.
– Поднимись наверх и проверь квартиру, – бросив на банши красноречивый взгляд, выразительно округлила я глаза. – Мало ли, кто мог заявиться, пока нас не было.
– Это да, но…
– Иди.
Ниса коротко выругалась и выскочила на улицу, громко хлопнув дверцей.
– Говори, – развернулась я к парню, проследив, как подруга, шаркая ногами и пиная воздух, направилась ко входу в подъезд. Правда, стоило ей подойди, как я вспомнила, что мои ключи от собственной квартиры остались в сумочке, а сумочка – в ресторане. Возможно, она до сих пор там. И вряд ли подружка захватила свой комплект, который у неё имелся довольно давно, потому что протащить с собой связку металлических ключей в условиях побега голышом было весьма затруднительной задачей.
Парень подался ближе, склонив своё лицо к моему. Я увидела, как вздрогнули и расширились его зрачки, вытесняя золото радужки.
Ощущение было будто произошло солнечное затмение.
Шумно втянув воздух, пропитанный моим запахом, он чуть прикрыл веки, а после проговорил мне в волосы.
– Аромат твоей кожи… особенный. Я знал, что учуяв его однажды уже никогда не забуду. Он будто оцарапал меня, оставив внутри неглубокие, но ощутимые порезы, которые всё никак не желали заживать.
