– «И за борт её бросает в набежавшую волну!» – Капитан скинул камуфляжную бейсболку. Короткие русые волосы ершились в струях встречного потока утреннего воздуха. Трасса была пустой. БТР мчался на скорости свыше 100 километров в час. Духи пригорюнились.
– Если бы этот капитан был умным, то давно бы уже бросил за борт наш мешочек, – отметил сантехник. – А он, видимо, не умный… Намается с мешком, бедолага.
– Вот и надо бы домой залететь, а не с чем, – сказал вдруг Николай. – А просто так прийти и знать, что ничего не можешь сделать, этот мука.
– Да, – посочувствовал ему Вася. – Когда у Лерки-то твоей нерест?
– Да что ж у тебя за язык-то такой, Василий! – взвился Стас. – Почему ты нормальные вещи нормальным языком сказать не можешь? У людей это родами называется! А Лера – не карась и не плотва, и не горбуша, и не красноперка, и не корюшка, и не селедка какая-нибудь, и не ставрида…
– Стас! – рявкнул Николай. – Ну, давай ты еще будешь в остроумии упражняться!
– Ханжа ты, Стасик! – Василий почувствовал незначительную поддержку. – Ты бы лучше за детишками своими следил! Когда Аленка твоя ключ в квартирном замке сломала, она что сказала, ты помнишь? Не помнишь? Зато я помню: Тьфу ты, ну ты, ножки гнуты, блин, зараза, во прикол в натуре, прикинь, классно…
– Вася! – остановил его красноречие Николай. – Ты бы хоть детей-то не трогал!
– Да ну вас! С вами помирать веселее, чем разговаривать!
– Что мы и делаем, – тихо уже сказал Стас.
– Кстати! – всполошился вдруг Василий. – У меня делишки в городе! Я мигом!
И Василий тут же испарился из ревущего броневика.Он появился в реанимационной палате в момент истины. Вокруг бледного, с трубочкой во рту, Павла засуетились люди в халатах цвета морской волны. Засуетились потому, что аппаратура жизнеобеспечения пациента вдруг сменила пульсирующий зуммер на противный непрерывный сигнал. Минуты четыре медики предпринимали попытки вернуть Пашу к жизни, но по их лицам Василий заметил, что они вполне готовы и к другому исходу. Эта ситуация и наступила: аппаратуру отключили, Пашу накрыли с головой, медсестра позвонила в морг.
– Опаньки! – сказал Вася и довольно неискренне добавил: – Беда-то какая.
В этот момент в палате неизвестно откуда, хотя, в принципе, известно, появился Паша с крыльями. Растерянно повертев вокруг себя головой, Павел заметил на собственной спине быстрое трепетание белых крылышек. В глазах его родился ужас…
Еще не зная, как вести себя рядом с новоиспеченным духом, а может, потому что не хотелось видеть Пашу в момент осознания им собственного конца, Василий переместился прочь, в коридор.
– Ладно. Всё понятно. Подумаем, Вася, подумаем, – сказал он сам себе. – Может случиться, всё будет хорошо.
Улетая из больницы, сантехник приметил подымающегося по ступеням крыльца следователя Михаила Коренева.
