— Так надо заранее знать, за кого они собираются замуж, — ответил папа. — А с Бородулиным-младшим встречается Люська. Сестра твоя, моя дочь еще от одной дуры-модели.
Я знала про эту дочь отца, вообще я знала про всех его детей, то есть детей, про которых знал он сам. Но отношения я сама поддерживала с детьми тети Иры, первой жены отца — Василием (в меньшей степени) и теперь погибшим Петром, а также младшим братом Славиком, с которым у нас были общие и мать и отец, Наташкой (вынужденно, потому что она иногда сама прорезалась) и младшей дочерью отца, то есть скорее не с ребенком, а с ее мамой Лидой, с которой мы дружим с детства. После моей матери у отца было два романа с моделями, которые родили дочерей. Отец их признал (после экспертизы), лет с пятнадцати обе девочки трудятся моделями, как в свое время их матери. Не знаю, помогает ли отец им сейчас материально, да меня это и не интересует. Он не был женат на их матерях и даже не жил ни с одной из них постоянно под одной крышей. Еще у него был сын от какой-то англичанки, то ли четырнадцати, то ли шестнадцати нет. Я не помнила точно.
— Что произошло между Бородулиным-младшим и Наташкой? — спросила я.
— Ничего.
— Она пыталась ему что-то передать?
— Если ты о материальных предметах, то нет. Или до этого не дошло. Она его у машины поджидала. Свою рядом поставила и ждала. То в машине посидит, то кругами походит. Долго ждала. Наверное, Бородулин-старший хорошо заплатил. Может, пыталась парню позвонить и договориться о встрече, а он не согласился. Не знаю. Можешь у Наташки спросить. В общем, сынок пустил ее в свою машину. Возможно, чтобы не скандалить на улице при многочисленных свидетелях. Дело было на стоянке перед офисным зданием, где он работает. В машине они ругались. Потом Наташка из нее вылетела, со злостью хлопнув дверцей, села в свою машину и поехала в очередной салон на релаксацию. Бородулин-младший поехал за Люськой, вечер провел с ней, ночевали у него. В общем, встреться с Наташкой.
Я кивнула и спросила про расследование убийств Жана и Петра, а также про то, чем занимается наследный принц Лотиании. Отец ответил, что расследование убийств и в том и в другом случае застопорилось, а принц тихо сидит в гостинице. Его иногда навещает Звонников, его настоящий отец, который обеспечил сына планшетом, чтобы тот мог проводить время в Интернете, сидя в номере, а не спускаться к, так сказать, «общественному» компу в холле.
— Я так понимаю, что Лотар и Звонников ждут результаты экспертиз?
— Наверное, — пожал плечами отец. — Но Лотар в принципе не хочет возвращаться в королевство в ближайшее время.
— А его ищут?
— Прекратили. Я сказал королю, что мне пришло сообщение от Лотара о том, что с ним все в порядке. Вроде как Лотар просил успокоить отца и мать.
— И как отреагировал король?
— Печалился, что ему не повезло с наследником.
— А ты не предлагал ему женить Максима?
— Он и сам уже дошел до этого. Внуков срочно надо. Он хочет обоих женить побыстрее. Максим уже просматривает кандидаток, которые в Лотианию приехали предлагать себя Лотару. Мне в принципе все равно, кто из них женится. Сувениры все равно буду делать я. Но две свадьбы лучше, чем одна.
— Их могут объединить?
— Ни в коем случае! Две дадут гораздо больший доход. Наверное, по завершении траура по Жану женится Максим, а через какое-то время и Лотара папаша заставит. Кстати, шведка так и обретается в Новгороде, не уезжает. Вероятно, не оставляет надежды окрутить Лотара.
Я позвонила сестрице Наташеньке и сказала, что нам нужно с ней пообщаться.
— У тебя никогда в жизни не было желания со мной общаться! Это я всегда обращалась к тебе.
Я ответила, что желания у меня и сейчас нет, но есть необходимость. Наташка сказала, что я могу вечером приехать в их с мамочкой квартиру и привезти побольше овощей и фруктов.
Я купила в ближайшем к ее дому ларьке помидоров и огурцов и решила, что этого хватит. Наташенька, конечно, была недовольна. Встретила меня в расписанном какими-то иероглифами халате (они с мамочкой обожают такие), проводила на кухню и налила черного чаю. Они с мамочкой пьют только зеленый. Конечно, никаких пирожных или даже печенья в этом доме не было. Да Наташеньке и жалко было бы для меня даже сухаря. И за пустой чай спасибо. Кстати, Наташенька пила красное вино. Но она знала, что я за рулем, и даже не предлагала. Про сына, отданного мне, даже не спросила.
— Ну? — произнесла сестрица.
Я тоже не хотела терять свое время и проводить даже лишнюю минуту с Наташенькой.
— Зачем таскалась к Бородулину-младшему?
— А твое какое дело?
— Если спрашиваю, значит, надо.
— Бородулин-старший дал поручение. Но младший не хочет иметь с ним никаких дел и слышать про него не желает. Идиот. Он же — единственный наследник.
— Пока наша мамочка не вышла замуж за его отца.
— Ты и про это знаешь? — удивилась Наташенька.
— На какой стадии их отношения?
— Мама старается. Может, я даже выступлю в роли суррогатной матери. Хотя мама вначале попробует родить сама.
Я поперхнулась чаем.
