— И тем не менее… спокойнее мне не становится, — Т/И посмотрела на него с тоской и какой-то болью, от чего сердце Малфоя сжалось и пронзило грудную клетку.
Драко потянул девушку на себя и крепко обнял, носом зарывшись в её немного спутанные волосы.
Драко Малфой нуждался в спасении. Пускай долгое время его же от себя и отталкивал.
— Выходит, день рождения получился у Рона не из лучших? — спросил Фред.
Был уже вечер, в больничном крыле стояла тишина — окна занавешены, зажжены лампы. Только одна койка была занята — Роном. Гарри, Т/И, Гермиона и Джинни сидели вокруг неё, они провели весь день, ожидая снаружи, у двойных дверей, пытаясь заглянуть в них всякий раз, как кто-то входил в палату или выходил из неё. Внутрь мадам Помфри впустила их лишь в восемь часов вечера. Фред с Джорджем появились минут десять спустя.
— Да, совсем не так надеялись мы вручить ему наш подарок, — хмуро сказал Джордж, пристраивая на шкафчик рядом с койкой Рона большой сверток.
— Что верно, то верно. Когда мы рисовали себе эту сцену, Рон был в ней живым-здоровым, — согласился Фред.
— Сидели себе в Хогсмиде, ждали случая удивить его… — продолжал Джордж
— Вы были в Хогсмиде? — поднимая на них взгляд, спросила Т/И.
— Думали купить «Зонко», — мрачно ответил Фред. — Хотя какой теперь в этом смысл, если вас больше туда не отпускают и покупать вы у нас всё равно ничего не можете… Да что сейчас об этом говорить!
Он пододвинул свой стул поближе к Гарри, вгляделся в бледное лицо Рона.
— Как же всё это произошло, Гарри?
Гарри пересказал ему историю, которую уже раз сто, как ему казалось, рассказывал Дамблдору, Макгонагалл, мадам Помфри, Гермионе, Т/И и Джинни.
— Тут я засунул ему в рот безоар, дыхание выровнялось, Слизнорт побежал за помощью, появились Макгонагалл с мадам Помфри, они его сюда и притащили. Говорят, всё обойдётся. Мадам Помфри сказала, что Рону придется полежать здесь примерно неделю, настой руты попить…
— Какое счастье, что ты вспомнил о безоаре, — негромко сказал Джордж.
— Счастье, что он там оказался, — отозвался Гарри, которого каждый раз пробирала дрожь при мысли о том, что могло бы случиться, не найди он камушек.
— Мама с папой знают? — спросил у Джинни Фред.
— Они его уже повидали, появились здесь час назад. Теперь сидят у Дамблдора, но скоро вернутся.
Все помолчали, глядя на Рона, забормотавшего что-то во сне.
— Выходит, яд был в вине? — негромко спросил Фред.
— Да, — сразу ответил Гарри. — Слизнорт разлил его и…
— А он не мог подсыпать что-нибудь в бокал Рона — так чтобы ты не заметил?
— Наверное, мог, — ответил Гарри, — да только зачем Слизнорту травить Рона?
— Понятия не имею, — нахмурившись, сказал Фред. — Ты не думаешь, что он просто перепутал бокалы? А отравить собирался тебя?
— А Гарри Слизнорту зачем травить? — спросила Джинни.
— Не знаю, — сказал Фред, — но желающих отравить Гарри сейчас, наверное, немало, ведь так? Избранный и так далее.
— Ты думаешь, Слизнорт — Пожиратель смерти? — спросила Джинни.
— Всё может быть, — мрачно ответил Фред.
— На него могли наложить заклятие Империус, — сказал Джордж.
— А может, он тут и вовсе ни при чем, — заметила Джинни. — Яд мог оказаться в бутылке, и тогда он, скорее всего, предназначался для самого Слизнорта.
— Да кому это нужно — Слизнорта убивать?
— Дамблдор считает, что Волан-де-Морт хотел привлечь Слизнорта на свою сторону, — проговорил Гарри. — До того как перебраться в Хогвартс, Слизнорт целый год скрывался.
— Но ты же сказал, что Слизнорт собирался подарить эту бутылку Дамблдору на Рождество, — напомнила ему Джинни. — И значит, отравитель вполне мог нацелиться на Дамблдора.
— В таком случае отравитель плохо знает Слизнорта, — сказала Гермиона. — Всякий, кто знает его, знает и то, что такую вкуснятину он, скорее всего, оставит себе. Между этими покушениями — Рона и Кэти, по-моему, существует связь, — тихо сказала Гермиона.
— Это какая же? — спросил Фред.
— Во-первых, оба предполагали смертельный исход, до которого дело не дошло только благодаря чистой случайности. А во-вторых, ни яд, ни ожерелье так и не попали к тому, для кого они предназначались. Конечно, — задумчиво прибавила Гермиона, — это делает тех, кто стоит за покушениями, ещё более опасными. Им, судя по всему, безразлично, сколько людей они прикончат, пока не доберутся до своей настоящей жертвы.
Т/И задумалась. Неужели отравление Рона — дело рук Малфоя?
Прежде чем кто-либо успел отреагировать на это зловещее заявление, двери опять распахнулись и в палату торопливо вошли мистер и миссис Уизли.
— Слышал, что случилось с Роном? — спросила Т/И, желая вывести Малфоя на чистую воду.
— Нет. Что же случилось с Уизелом? — вздохнул Драко.
Они вдвоём сидели в Выручай-Комнате. Это место стало их тайным убежищем, где они могли спрятаться от всех.
— Его отравили, — сказала девушка, наблюдая за реакцией друга. — Добавили яд в вино.
— Нечего распивать вина, — фыркнул Малфой.
— Он взял его у Слизнорта.
На мгновение, всего на долю секунды слизеринец растерялся, но и этого было достаточно для Т/И.
— Это сделал ты? — спросила когтевранка, смотря парню прямо в глаза.
