Будет трудно, но ради каждого мага и магла на Земле необходимо стараться выжить.
Девушка на миг открыла глаза и встретилась с ним взглядом.
Одинокие слезинки скользили по её щекам, а губы сложились в едва заметную улыбку. Жаль, у неё нет сил промолвить хоть слово. Она бы многое хотела сказать.
Как он вообще оказался здесь?
Малфой аккуратно прижал Т/И к себе, стараясь не доставлять ей много боли. Он чувствовал тёплую кровь, стекающую по его ладоням.
Сколько же ран на теле этой бедной девушки, и не понятно, как она до сих пор дышит.
Его пальцы бережно перебирали её, будто пытались вдохнуть жизнь в холодную бледноватую кожу. Он боялся поднять взгляд выше. В его голову сразу же вбивались воспоминания о её окровавленном теле, отчего внутри всё переворачивалось.
Неужели это из-за него?
Совесть выедала, как прожорливая гусеница, а в голове крутился один вопрос: почему? Драко не знал ответ, но он чётко понимал, что больше не позволит никому совершить подобное.
А что было бы, если бы он не пришёл? Или не успел? Смерть?
Т/И нужно научиться держать язык за зубами и перестать пытаться спасти каждого.
Как это сделал он.
Сдаться.
Принять происходящее и покорно выполнять всё, что придёт в голову Кэрроу.
Трусливо? Да. Эгоистично? Конечно. Зато в безопасности. Зато живая.
Неужели она настолько наплевательски относится к себе, что готова умереть таким способом, пока за стенами Хогвартса идёт война?
— Т/И! Мы думали, ты уже не вернёшься, — воскликнул Невилл, подбегая к девушке.
— Как ты? — спросила Джинни.
— Уже всё хорошо. Как вы здесь?
— Они совсем с ума посходили! — сказал Симус. — Теперь за малышей взялись.
— Невилл молодец. Он часто за них заступается, — сказала Луна.
— Да чего уж там, — смутился бывший гриффиндорец. — Мы все старались им помочь.
— До Рождества осталось совсем чуть-чуть, — проговорила Т/И. — Будем надеяться, что многие младшекурсники не вернутся сюда.
С Малфоем Т/И больше не общалась.
Память выдавала девушке все картины прошлого. Ведь когда-то Драко был укрытием для неё. Она искала в нём своё спасение и из раза в раз находила. Т/И с мальчиком были достаточно близки и поддерживали друг друга.
А что стало потом?
После того, как Драко спас её из подвала Пожирателей, он начал игнорировать девушку. Родители запретили Малфою-младшему подходить к когтевранке. Было понятно, что он не ослушается, да и Т/И больше не настаивала на общении.
Тогда всё и закончилось.
После начала войны всё изменилось.
Драко выбрал не ту сторону.
Когда всё закончится, возможно, у них получится начать всё с начала, но не сейчас.
На войне нет места чувствам.
Хогвартс продувается ветрами со всех сторон. Холод задувает в щели меж каменными плитами, гуляет по коридорам, хозяйничает в спальнях и аудиториях. Студентам приходится кутаться в свитера, но не только для того, чтобы отогнать от себя мороз. Каждый пытается скрыть следы наказаний. Т/И не исключение. С тех самых пор, как школой стал управлять Снейп, а за преподавательским столом в большом зале заняли места Алекто и Амикус Кэрроу, в Хогвартсе давно не слышно смеха. Только иногда кто-то протяжно кричит от боли.
Фред и Джордж, наверное, нашли бы выход из ситуации, но Т/И не может, хотя очень старается. Гладит по голове первокурсников и корчит им весёлые рожи в надежде рассмешить, помогает пятикурсницам прикрыть волосами синяки и ссадины от ударов. Вместе с Невиллом они думают о восстании, да только оба понимают, чем это может для них обернуться.
Т/И улыбается перед зеркалом в ванной, разводит вечером огонь в камине пожарче, поёт колыбельные тем, кого мучают кошмары или бессонница. А в душе у неё самой дует ветер, завывает вьюга. Она, такая живая и яркая, — лепесток пламени посреди снежной пустыни, дающий надежду на скорое наступление весны. Вот только, как долго можно поддерживать огонь, чтобы он не угас?
Вчерашние школьники стали символом сопротивления. Ли Джордан, Фред и Джордж работали над нелегальной радиопрограммой «Поттеровский дозор», пытаясь донести до рядовых волшебников саму мысль о том, что нельзя сдаваться! Да, война, да, тяжело, но это не повод опускать руки!
Если не для себя, то хотя бы ради своих близких!
“Серые” настраивались на нужную радиоволну и слушали выпуски, узнавая новости и находя в себе силы продолжать бороться.
— Кэрроу опять взялись за малышей. У детей больше нет сил, — сказала как-то Лаванда Браун.
— Они все ходят темнее тучи, совсем перестали улыбаться и смеяться, — поведала Джинни.
— Да, юмор нам всем сейчас бы не повредил, — мрачно заключил Невилл.
— Юмор? Невилл, ты гений! — Т/И даже захлопала в ладоши.
— Да? — удивился Лонгботтом.
— Что поможет развеселить детей и побесить Кэрроу? — воодушевлённо спросила Т/И.
— Что? — спросил Симус.
— Что обычно делали Фред и Джордж?
— Разыгрывали всех, — сказала Джинни.
— Именно! Этим мы и займёмся!
Агитируя народ в поддержку Гарри Поттера, Т/И несколько раз чудом избежала смерти. Но девушке нравилось дразнить тёмных колдунов, ведь уроки проказ от Фреда и Джорджа прочно засели в сознании юной волшебницы…
