— Я тоже это заметил, — кивнул йерл. — Этот некто в маске, как я погляжу постоянен в своих пристрастиях. Прошу никого и ничего не трогать. Вернусь сюда с отрядом йерлов.
К моему облегчению, наши блуждания скоро закончились. Правда неожиданным образом. Выход из тайного хода оказался ни где-нибудь, а именно в одной из сторожевых башен.
До поместья пришлось добираться пешком, что было достаточно утомительно. Особенно, если учесть, сколько пришлось идти в неизвестности по подземному ходу до этого. Талиана уже откровенно опиралась на Мишку, фрай Ювенс подобрал крепкую палку на которую и опирался при ходьбе. Тося озабоченно переглядывалась со своим хмурым начальником. А я шла, пытаясь понять, как организовать весьма непростой, но необходимый, разговор так, чтобы избежать лишних свидетелей. Думаю, что не я одна поняла, что Тося и йерл увидели что-то знакомое. И я хотела знать, откуда ждать удара.
— Леди Диана, — остановила меня на следующий день леди Барсев. — Возможно, в свете недавних событий, этот разговор покажется вам неуместным и совсем не ко времени. Но честно говоря, я в душевном смятении.
— Если я могу вас как-то успокоить, леди Саманта, то буду рада, — ответила я, отвлекаясь от тяжёлых мыслей.
Стены пансиона давили, я постоянно была в напряжении. В каждой стене мне чудились скрытые механизмы тайных ходов. Тося целый день сидела над листом бумаги что-то вычерчивая. Генка злился, что зелье-артефакт никак не слабеет, хотя по времени уже должно начинать сходить на нет.
Расчистка поместья продолжалась, но я уже сотню раз успела пожалеть, что так рано за это взялась. Остановить работы я не могла, я бы повторно оттолкнула местных жителей. Но и постоянно сменяющиеся посторонние люди, вечное движение, бесконечные работы… Идеальная обстановка, чтобы на территорию пансиона проникли враги. А методы, которыми они действовали, я имела неудовольствие видеть собственными глазами.
После нашего возвращения, когда мы попали в заботливые руки Филиппы и Мальты, отчитавших всех вокруг за наше исчезновение, йерл Нудисл с отрядом вернулся обратно. С ним же отправилась и Тося. Они обследовали место преступления и переправили страшные находки в управу городка и местную мертвецкую. Кроме денег, которых нашли в карете целый увесистый сундучок. Их йерл Ольдег при свидетелях вручил мне. Там же нашли и драгоценности. Но их описали и пока приобщили к делу.
А я всё пыталась организовать разговор без свидетелей. Я была уверена, что Тося и йерл Нудисл знают гораздо больше, как минимум они уже сталкивались с тем, кто встречался с директрисой.
— Я всегда уважала некоторые личные границы… Да и лично с вами в тёплых отношениях никогда не была. Но события последних дней и некоторые наблюдения позволяют мне надеяться на некоторую откровенность между нами, — продолжала между тем графиня. — Леди Диана, я понимаю, что со дня на день нам нужно ждать приезда лорда Генриха. И очевидно, что вы можете требовать от семьи Пембрук всё, что взбредёт вам в голову, в качестве отступных за примирение. И я спрошу прямо, каковы ваши планы в отношении Майкла?
— Видите ли, леди Саманта, Майкл рано осиротел. Генрих им почти не занимался, кроме крайне редких визитов. Но мальчик, как и все дети младших жён, имеет ровно те же права, что и дети, рождённые в законном браке. Познакомившись с сыном мужа лично, и проведя рядом, наблюдая за Майклом, достаточное количество времени, я приняла решение, что возможно была излишне категорична в отношении к мальчику. — Осторожно подбирала я слова, обосновывая перемену в своём решении. — Он честен, смел, заботлив и не злопамятен. Я уверена, что мы с ним сможем найти общий язык и принять друг друга. И как я заметила, между ним и Микаэль нет никакого отторжения, дети отлично поладили. И я рада, что у Эли будет такой старший брат.
— Поладили это неточное выражение, — не сдержала улыбки леди Саманта. — Микаэль не спускает с рук уже двух беридианских котов, а сама почти не слазит с рук Майкла. Даже имена у детей похожи. Я уверена, что вы приобретёте в его лице доброго и благодарного сына. К тому же, то, как он себя ведёт, конечно к манерам есть вопросы, но чувство внутреннего достоинства неоспоримо. А его воспитать невозможно. Тут или есть, или нет.
— Откровенность за откровенность, леди Саманта, — прищурилась я. — А почему это взволновало вас?
— Видите, леди Диана, мне кажется, что этот юноша, не смотря на юный возраст, весьма заинтересован моей дочерью. И мне совсем не кажется, что эта симпатия взаимна, — сообщила леди Саманта.
— Но Талиана его старше! — напомнила я.
— Я в курсе, и даже могу назвать точную разницу в цифрах. Я владею навыком счëта, — хмыкнула графиня.
— Но если вы правы, это будет скандал в обществе, — сказала я.
— Наверняка, — кивнула леди Саманта. — Но знаете, леди Диана, я даже не возьмусь сказать, что меня заботит больше. Собственное спокойствие по поводу разницы в восрасте между Талианой и Майклом или безразличие по поводу реакции общества.
