Об этом нам рассказал Толя, который к нам наведывался через день. Но мне было ге до того, что там напридумывала себе сноха. Подруга и соседка, Полина Елизарова с помощью своей мамы смогла записать меня с Алей в НИИ педиатрии РАМН, к самому Рошалю.
Результаты полного обследования были не утешительные. Помимо уже известного набора, был уточнён диагноз по сердцу. Сердечная пленочка на одном из желудочков сердца, которая должна была исчезнуть сама по себе по мере развития плода, у Али сохранилась. И именно поэтому сердце ребёнка не работало как положено. Условный диагноз врождённый порок сердца и сам по себе пугал. Но помимо него ещё и слабые лёгкие, а значит любая простуда для нас была крупной неприятностью. И анемия.
После двухнедельного обследования нас выписали, поставив на учёт. Гена мог забрать нас на следующий день, и нам предлагали остаться в больнице. Но меня и Алю встретил Эдик Елизаров.
Единственный сын одних друзей и соседей женился на Кире, единственной дочери Вайниров. Кира пошла по стопам Риты, и была гинекологом, но работала в Москве. Да и Эдик был военным прокурором. Родители помогли и у молодых была своя кооперативная квартира в Москве. В которой сейчас тоже ждали появления малыша, Кирочка была на последних месяцах беременности.
Сразу как вернулись домой, Генка начал готовить ванночку, чтобы искупать внучку после больницы. Всё-таки влажные обтирания это всего лишь обтирания. А воду мелкая любила.
— Дин, а знаешь, что я заметил? — спросил меня Генка, когда укачивал внучку на ночь. — Аля на тебя очень похожа. Правда. Пока каждый день видел, вроде и незаметно. А вот вас обеих не было, соскучился, и заметил.
— Ген, а это что? — показала я на новую мягкую игрушку в углу детской кроватки.
— Я ж вас ждал, а Але вроде нравится лиса. Деревянную вон как хватает. А эта мягкая и яркая, — улыбался Генка, разглядывая спящую внучку.
Лиса понравилась, по крайней мере, Аля достаточно бодро поворачивалась в её сторону, и выгибалась черепашкой, разглядывая дедушкин подарок, когда клали её на живот.
После возвращения из больницы пришёл Костя. Неуверенно мялся у порога.
— Как она? — тихо спросил, не поднимая на меня глаз.
— А пройти в комнату и посмотреть боишься? Аля у нас вроде девочка культурная, в морду никому не плюёт, — хмыкнула я.
Первая встреча сына и внучки происходила под пристальным контролем Генки. Аля, которая кажется даже, когда ворчала, сообщая, что что-то не так, начинала улыбаться, стоило над ней наклониться, на Костю смотрела серьёзно. И начинала хмуриться.
— Кажется она не рада знакомству, — сказал сын.
— Она маленькая, а ты чужой. Она же тебя первый раз видит, — хмыкнул Генка, поднимая внучку столбиком.
Вот тут она заулыбалась.
— А чего она у вас такая волосатая? Руслан почти лысый, особенно затылок. — Заинтересовался Костя, сажая рядом с Алиной лисой здорового медведя. — Мда, крупновата игрушка. Мишка больше, чем хозяйка.
— Детский волос очень мягкий. И вытирается, если ребёнок постоянно лежит. Ещё головка может приплюснутой стать, потому что кости черепа не срослись ещё. — Объяснила я. — А Аля всё время на руках. У неё вон, три роты нянек.
— Маленькая она какая. Родились с Русланом одинаковые, а он крупнее. — Заметил Костя.
— Да, вес мы плохо набираем. Кушать не хотим, да? — начал ворковать над девочкой Генка. — Ничего, скоро с ложечки начнем кормить, тогда уже не отвертишься.
Почти перед самым новым восемьдесят четвертым годом произошло и ещё одно неожиданное знакомство.
Продукты в часть для обеспечения солдат и в детский сад привозились напрямую из совхоза. Мясо, молочка, овощи. На водителя и сопровождающего выписывался одноразовый пропуск. Всё, что привозили, сдавали по накладным на склад части или нашей садовской завхозу. Уже потом повар распределяла, что куда. Меня это не касалось. Поэтому я сильно удивилась, когда ко мне заглянула завхоз и сказала, что сопровождающая груз, просит пройти в кабинет.
— Добрый день, — поздоровалась я, когда в мой кабинет зашла девушка.
Я попыталась найти что-то знакомое, но эту девушку я точно видела впервые. Вряд ли бы я забыла обладательницу столь яркой внешности.
— Здравствуйте, — открыто улыбалась девушка. — Я Татьяна, старшая сестра Ольги. На свадьбе меня не было, помните?
— То что не было помню, — разглядывала я Таню. — Но говорили, что вы с мужем не смогли прийти из-за пополнения в семье.
— Да, третий сын как раз родился, вот может хоть сейчас девочка будет, но на всякий случай зову Александром, — засмеялась она, накрыв рукой уже хорошо заметный животик.
