Нет, если уж приняла решение, то никакого смысла тянуть – Павел скоро уедет, не откладывать же решительное объяснение на последний день. Вот прямо сегодня… у Веры внезапно перехватило дыхание и затряслись руки. Прямо сегодня? Это что, через несколько часов, уложив детей, она предложит Павлу устроить поздний ужин? Выставит на стол закуски, что-нибудь легкое, разольет по рюмкам водку… хотя нет, водку, наверное, будет разливать Павел, все-таки не женское это дело. А потом они выпьют, и Павел скажет… а если он ничего не скажет? Тогда она сама скажет! Вот только что? Что сказать мужчине, который тебе нравится, чтобы он правильно все понял, а тебе самой потом не было мучительно стыдно?
А если в самый неподходящий момент проснутся мальчишки? Закон подлости никто не отменял, и кто-нибудь из них запросто захочет, например, водички попить. Придет на кухню, а там… Павлик еще ладно, он маленький, получится отболтаться, а Володя… он ведь уже все понимает!
Нет, разумеется, сегодня ничего не получится. Она просто не сможет вот так, без подготовки! Надо все обдумать, потому что Пашка, он, конечно, такой… такой Пашка! Глупо, конечно, Вера сама это прекрасно понимает, но как-то так получается, что, когда Пашка рядом, она с него глаз не сводит. Да что глаза, руки сами к нему тянутся – то волосы пригладить, то плеча коснуться… И странным, невероятным образом то, что казалось возможным лишь с единственным на земле человеком, с Сережей, кажется вполне вероятным, логичным и даже желанным с ним, с Пашей! Осталось только привыкнуть к этой мысли и убедить себя, что все правильно, все идет именно так, как и должно быть, и со временем… вот только времени как раз не особенно много. Отпуск закончится, Пашка уедет, вернется в свой Питер, и что тогда останется делать ей, Вере? Плакать в подушку и проклинать себя за нерешительность?
За три дня, прошедшие после разговора с Володей, Павел просто извелся. Несколько раз заходил в магазин, один раз даже чуть не купил бутылку шампанского, но поставил ее на полку и ушел. Он прекрасно понимал, что друг прав, что Вера умная женщина и не подумает ничего плохого, не решит, что его, наверное, неуклюжие ухаживания являются попыткой получить плату за квартиру «натурой». И вообще, по словам Володи, Вера поглядывает на него, на Павла, с определенным интересом, а уж Володе-то, с его богатым опытом, можно было доверять. Сам Павел, правда, ничего такого не заметил. Теплота в их отношениях, чуть большая, чем в прошлые годы, появилась, это да. Это, конечно, внушало некоторые надежды, но все-таки… Впрочем, в последние дни Вера стала какой-то нервной, почти пугливой: все время погружена в какие-то, судя по всему, не особенно радостные мысли, неловко отводит глаза в сторону, старается не оставаться с ним наедине, прячется в своей комнате… А если она осознала, что совершила ошибку? Если она передумала разводиться, передумала уходить от Сергея и хочет теперь только одного – вернуться с мальчишками в тот уютный дом с тюлевыми занавесками, с диваном, на который наброшена мохнатая шкура искусственного медведя… хоть и нет уже там, стараниями Полли, ни тюля, ни медведя, чудесная женщина Вера сумеет все восстановить, и дом, и свою семью, и свой маленький уютный мир! Мир, в котором никогда не будет места ему, Павлу.
Черт, уж уехать бы скорее! Уехать в Питер, заняться делом – работа скучать не даст, а когда голова занята, то всяким глупым мыслям места уже нет. Уехать… и снова лежать по ночам без сна, и волком выть на бледную питерскую луну, потому что Вера, невозможное, неслучившееся его счастье, была так близко, рядом и навсегда останется так далеко!
Павел чувствовал, видел, что Вера немного сторонится его, и не замечал, что сам ведет себя точно так же. Не смотрит прямо, а бросает короткие взгляды исподтишка, старается проводить побольше времени с мальчишками, не заходит на кухню, когда Вера там одна. Сам он был смущен ситуацией, становившейся все более неловкой, но искренне не понимал, что Веру все это смущает не меньше. Оба старательно загоняли свои чувства внутрь, не предпринимая никаких шагов, и оба в глубине души мечтали, что сама судьба позаботится о них и найдет решение! Но судьба молчала и вмешиваться, судя по всему, не собиралась.
Все изменилось в пятницу, за неделю до отъезда Павла. Вера только вернулась с работы, когда в квартиру ворвалась Люба.
– Ничего не знаю и знать не хочу, – объявила она, проскочив через коридор и затормозив только в центре гостиной. – Вовка, Павлик, собирайтесь, быстро! Горящая экскурсия по Московскому Кремлю, когда еще такое случится?! Автобус уходит через два часа, утром мы в Москве, весь день болтаемся по Кремлю, в девять вечера снова грузимся в автобус и едем домой! Мальчишки, чего стоим, рты открыли? Рюкзаки есть? Пихайте сменные трусы, носки, чистую футболку и теплую кофту на всякий случай…
– Но как же… – начала было Вера.
