Второй солдат, вошедший на кухню чуть позже, прочитал записку: «Этот дом – все, что у меня есть. Я работал на него всю свою жизнь. Возьмите тысячу долларов, только не поджигайте его».
Он догадался, что приятель забрал деньги. Тот как раз вытаскивал пиво из большого холодильника.
Прошло шесть часов с тех пор, как они встретили на дороге ведьму.
Он расстрелял его автоматной очередью в спину и нашел в кармане тысячу долларов.
Потом попробовал снять с руки покойника часы, которые ему давно нравились, но те разбились.
Стрелка остановилась без пяти минут шесть.
Он бросил в окно гранату и потопал по дороге.
Если бы он погиб, то некому было бы поведать эту историю.
Желтый пес на газоне зализывал простреленную лапу.
Обрад Миличевич, родом из села Зверины в Герцеговине, где не произрастает ничего, кроме герцеговинцев, в 1922 году решил поступить в жандармы. Все испытания прошел успешно. Был он крепок, как дуб, умен, честен и храбр, отлично стрелял, бегал быстрее всех, ловко орудовал саблей и штыком, дальше всех бросал с плеча камень, не курил и не пил, и, к тому же, родом был, как известно, из хорошей семьи…
И вот, когда его приняли в жандармы, следовало подписать присягу, но он отказался это делать.
«Что это ты подписывать отказываешься?» – спросили его.
«Не умею, – ответил он. – Неграмотные мы».
«Как это, бедолага, ты что… и вправду неграмотный? А как же ты будешь писать рапорты и протоколы, если что случится?»
Так вот его, несмотря ни на что, не приняли в жандармы, и решил он с горя уехать в Америку, куда и направился на итальянском пароходе «Сан Джованни ди Мессина» из порта Котор, где какой-то дубровчанин по имени Бальтазар Гради, собирал герцеговинцев для работы на рудниках Бьюти Монтаны.
Как говорит пословица: «Герцеговина весь мир заселила, а все никак не разъедется».
После долгих скитаний Обрад, которому в присвоили новое имя О’Брайен, отыскивая местечко, похожее на родную Зверину, поселился на северо-западе штата Аризона, у границы Калифорнии, под горой Кроссмен. Жил он бедно, занимаясь тем же, чем и в Зверине – выращивал овец, продавая баранину ближайшем городке Хаваса-Сити. Штат Аризона выделил ему пятьдесят гектаров абсолютно неплодородной земли за символическую цену в пять долларов.
Однажды, когда он рыл в каменистой почве яму для сбора воды, точно такую же, какая у него была в Герцеговине (и в этих краях не было никакой другой воды, кроме дождевой), оттуда хлынула нефть. Так он моментально разбогател. Построил большой дом в колониальном стиле, а для утехи собственной души сложил совсем маленький домишко, каменный, совсем как тот, в котором родился, с очагом, потолочными балками и овечьими шкурами, на которых ночевал, видя во снах Зверину.
И вот пришло время его компании влиться в «Стандарт Ойл компани», которая прислала к нему из Феникса знаменитого адвоката, чтобы подписать договор. Но он отказался подписывать его!
«Почему вы не хотите подписывать бумаги?» – спросил его запаниковавший адвокат.
«Неграмотные мы», – ответил он.
«Мистер О’Брайен, – сказал адвокат, – вы один из самых богатых людей в Аризоне. Кем бы вы могли стать, если бы умели писать!»
«Жандармом в Зверине!» – ответил Обрад.
Провоевав год, мужчина возвращается домой.
Дом, правда, цел, но его будто обглодали – все повытаскивали, даже зеленые ставни, которыми он так гордился. Обходя дом, топча грязь, на которую медленно падал первый ноябрьский снег, он думал о стране, в которой родился…
Дед выстроил дом для его отца – разрушили в Первую мировую.
Отец строил дом для него – сгорел во Вторую.
Он построил дом на том же месте для своих детей – его ограбили в эту, последнюю. Семья разлетелась по всему белу свету. Вот и хорошо оно. Почти все, кто остался стеречь свои дома, погибли. Башка на плечах все же важнее.
Все, что копили поколения, оказалось в буквальном смысле на нем! Камуфляж, сапоги, оружие. На одном бедре висит пистолет с длинным стволом, на другом нож. Он поседел за минувший год.
Городок в долине среди гор переполнен беженцами со всей страны. Прекрасный парк вокруг разрушенной церкви вырублен, его ветви согревают людей и брошенных собак. Дома захватили бездомные. Словно страшный вихрь поднял и перемешал этих людей и дома так, что никто из них не может вернуться туда, где этот жуткий ветер зародился. В такой маленькой стране случились все ужасные чудеса мира.
