Рита продолжала торопливо рассказывать, как они с Ольгой продали и её квартиру тоже, а потом приобрели и обустроили жильё в столице, своё Рита пока сдаёт. А он внимательно смотрел на её миловидное, хорошо сохранившееся для пятидесяти двух лет лицо. Такое родное и любимое в детстве, и такое близкое, но чужое сейчас. Он был уверен в том, что предложи он после ресторана поехать к нему, она согласится и останется с ним на всю ночь. И они вернутся на какое-то время в далёкую юность, когда так любили друг друга… Но что будет потом? В прошлое можно погрузиться лишь на короткое время, но когда придётся вынырнуть в нынешнюю жизнь, окажется, что разбито настоящее. А он очень любил свою жену и дочек.
Словно догадавшись, что он не очень внимательно слушает о её перипетиях с переездом в Москву и думает о чём-то другом, Рита вдруг смущённо замолчала, взялась за свой бокал и выжидательно посмотрела на Алексея. Он подлил ей и себе вина и произнёс:
— Ну, что, Рита, выпьем за нашего сына? Как бы там ни было, а парень удался. Красивый, умный, достойный.
— Есть в кого, — улыбнулась она и предложила: — Давай за всех детей. За Костика, твоих дочек, Олиных!
Они чокнулись и выпили. Официант принёс шашлык, и Алексей попросил Риту, так и не притронувшуюся к салату:
— Поешь хоть что-нибудь. А то опьянеешь.
— Да я всю жизнь провела, словно в похмелье, — пожаловалась она. — Знаешь, я часто вспоминаю, как я однажды неудачно сиганула вслед за вами, мушкетёрами, с крыши гаража и подвернула ногу. А ты нёс меня домой на руках. И позже, когда у нас уже пошла любовь, тоже на руках носил.
— Да я и сейчас могу. Кажется, с тех пор в весе ты не прибавила? — улыбнулся Мудров.
— Душа у меня стала тяжёлая, Алекс, не унесёшь… И ещё я хочу тебе что-то сказать. Я честно не знаю, где скрывается Сергей.
— Я тебе верю. Но если бы и знала, не сказала бы. Ведь так? Это понятно. Найти его — это моя задача.
— А ты действительно считаешь, что все остальные убийства и исчезновения бизнесменов — тоже его рук дело? То есть, это он заказал молодого владельца фирмы по производству пластиковых окон, который перед своей свадьбой поехал с друзьями на мальчишник на охотничье-рыболовную базу в Тюкалинский район, и там пропал? Или пожилого директора металлобазы, который пошёл в лес по грибы и не вернулся? Но ведь их тела даже не найдены. Как же можно уверять, что эти люди мертвы?
— Вижу, ты глубоко изучила суть вопроса и в курсе всех этих дел. Я считаю, что да, их заказал Сергей. Доказать это — всего лишь вопрос времени.
— Ладно. Это твоя работа. Надеюсь, ничего личного… Мне, наверное, пора уже, Ольга там одна ревёт в гостинице, ещё и за детей нервничает, они с няней. Мы улетаем утром.
— Ну, что же, пора так пора.
Рита поднялась и двинулась к вешалке. Алексей помог ей надеть шубку и подал когда-то подаренный им платок, если он, конечно, был тем же самым.
Застёгивая крючки на шубке и глядя ему в глаза, она мысленно приказывала: «Алекс, поцелуй меня, пожалуйста, хотя бы один раз! Это так важно для меня сейчас». И он, словно услышав её мольбу, приобнял её за плечи и поцеловал. Но просто по-дружески, в щёку. Потом отстранился и тепло сказал:
— Счастливо, Рита. Береги себя. Ты сейчас очень нужна Ольге, Сашке и Костику. Надеюсь, мы ещё увидимся.
— Я тоже.
Когда за Маргаритой закрылась дверь, Алексей вызвал официанта и попросил:
— Водки принеси грамм сто пятьдесят.
— Какую предпочитаете? Есть «Зелёная марка», «Парламент», «Русский стандарт»…
— Всё равно, — вздохнул Мудров.
Ему и правда было всё равно, какой марки водку пить, левак ему здесь не подадут, лишь бы в ней было сорок градусов, а не восемь, как в вине.
В девятнадцать пятьдесят девять Горячев включил в своём кабинете телевизор, чтобы посмотреть вечерний выпуск новостей, да так и замер с пультом в руках. Первым было озвучено сообщение о вооружённом конфликте в Дагестане. Он только что вернулся из этой республики, и теперь выходило, что группа спецназа, которую он сопровождал, едва не оказалась в районе боевых действий.
О своей командировке Артём уже докладывал Мудрову, но сейчас захотелось кому-то рассказать о своих приключениях, не сказать бы, злоключениях, не так сжато и сдержанно, как начальнику главка, а эмоционально и во всех подробностях, что позволительно лишь с равным по званию. И Горячев отправился к Гущину, надеясь, что коллега ещё на месте. Впрочем, иначе и быть не могло, в рабочие дни руководящий состав редко расходился по домам раньше полуночи, особенно из тех, кто жил в Омске без семьи. Как Горячев и Гущин.
Между ними было много общего. Обоим под сорок лет, почти ровесники, подполковники и не местные. Мудров пригласил их на работу, чтобы в аппарате появились люди, не имеющие в области личных связей. И в главке коллеги оказались практически одновременно. Только Горячев занял свою должность сразу же, как прилетел из Москвы. Гущин же, после того, как прибыл из Краснодара, в течение полугода возглавлял в Омске районное Управление МВД, и только потом был переведён в главк.