Невидимый луч, направленный умелой рукой, мгновенно вывел из строя всю навигацию корвета. Несколько секунд царила полная тишина. Базилиус представил себе, как пилот в панике пытается вывести корабль на режим взлёта, а тот молчит, как воды в рот набрал, не дышит и всё тут. Как за креслом пилота беснуется старший офицер, размахивая бластером. Как мерзкий старикашка, уже не скрываясь, по открытому каналу звонит начальству и докладывает о не штатной ситуации (Базилиус слышал в приёмнике его скрипучий голос). Начальство орёт, требует сменить корабль, а экипаж за саботаж расстрелять. Старикашка что-то невнятно отвечает, типа, другого корабля в округе не наблюдается, его попросту нет. Но начальству наплевать, корабль должен быть, и точка, взлетайте хоть святым духом. Что ждёт старикашку при не исполнении приказа потонуло в шорохе помех, поскольку Базилиус очередным метким выстрелом срезал и последнюю внешнюю антенну.
"Пусть гадает теперь, расстреляют его или гуманно повесят. На выбор".
А на космодроме, тем временем становилось всё жарче. Бухнуло несколько взрывов, и чадно загорелось хранилище стартового горючего. Это было неприятно, поскольку ядовитое облако от пожара в отсутствие ветра стало расползаться в сторону кораблей, где грузилась основная масса военных. Там заметили опасность и засуетились ещё больше, если такое можно было себе представить. Не дожидаясь конца погрузки, корабли начали взлетать. Из открытых люков сыпались - разнообразный домашний скарб, мешки, чемоданы, домашние животные и не осторожные и не удачливые пассажиры.
Этим несчастным помочь уже ничем было нельзя. Ими займутся наступающие ополченцы. Базилиус дал команду садиться рядом с корветом, но на некотором безопасном удалении. Из корабля пока никто не выбегал, Базилиус осторожно выбрался наружу. Понимал, что опасаться враждебных действий экипажа корвета не приходилось, это не летающий танк, не боевой глайдер, на земле это груда металлолома, там даже ни одной бойницы не предусмотрено. Чисто космический вариант. Сейчас глайдер Базилиуса представлял для корвета гораздо большую угрозу, нежели наоборот. И всё равно он ждал от сидящих внутри какой-то пакости. Знал, что на помощь ему никто не придёт, весь космодром и ближайшие окрестности заняты самоэвакуацией. Тем не менее, был настороже.
На корвете тоже догадались, что игра закончена. После первого же предупредительного выстрела из глайдерного бластера, отчего обшивка корабля загудела как церковный колокол, откинулась грузовая аппарель.
-- Всем выходить с поднятыми руками! Оружие складывать справа! Хватит, постреляли!
Через несколько минут весь экипаж во главе со старшим офицером связанный сидел на бетоне спиной друг к другу. Они не сопротивлялись. Неожиданную прыть проявил только поганый старикашка, незаметно попытавшийся улизнуть. Петляя по обожжённому многими стартами полю, он норовил добраться до брошенного неподалёку глайдера. Пришлось стрелять. Демонстрируя недюжинную меткость и хладнокровие один из бойцов, это был Гябур, подстрелил старикашку, попав тому в пятку. Беглец рухнул в бесхозный хлам и тут же прикинулся мёртвым.
Этот загадочный старичок нравился Базилиусу всё меньше и меньше. На фоне множества разнопланового народа толкущегося на космодроме, прямо скажем, не самого приятного, а то и откровенно враждебного, накатила волна ненависти к посланцу "Трёх Толстяков". Явно это был не простой порученец, которому можно доверить золотой запас. Базилиус решил, что допрашивать старикашку будет сам. С пристрастием.
"Ишь, трупом прикинулся. Типа, вы мне все рёбра до самого позвоночника переломали. Умру окончательно у вас на руках".
Базилиус поручил Гябуру, подстрелившему беглеца, притащить того к глайдеру. Не стесняясь.
11.
Операция по задержанию золота "Трёх Толстяков" прошла почти бескровно. Несколько мелких царапин не в счёт. Захват повстанцами столицы, да и всего Большого Острова так же получился достаточно гуманным по числу погибших. Федеральная армия сдавалась батальонами и полками. Основное количество погибших и пострадавших - это случайные жертвы давки и аварий на дорогах. Небольшие очаги сопротивления преданных сбежавшим властям частей повстанцы окружили и вступили в нудные переговоры о сдаче. Однако бедлам везде царил невообразимый, чего только не бегало по лесам-полям от столицы до побережья.
К вечеру до космодрома добралась Елена. По дороге её сильно потрепали.
-- Какие-то фанатики открыли по нам огонь из зенитных орудий. Представляешь, три глайдера завалили, никому проходу не давали. Нам пришлось вмешаться. Мы их классно загасили.
"Девчонка-сорванец, так ведь и пробегает всю свою короткую молодость в борьбе за светлое будущее. С другой стороны, а кто как не они, жители Мохаве и должны за это будущее бороться".
Разгорячённая только что закончившимся боем, Елена выглядела бесподобно. Как женщина.
"Валькирия. Амазонка. Королева варваров. И тяжёлый десантный бластер держит уверенно. Где-то разжилась ведь таким оружием".
