Базилиус невольно залюбовался девушкой. На него, коренного неизлечимого флегматика активные натуры всегда производили очень яркое неизгладимое впечатление. Для него до сих пор оставалось загадкой, откуда эти живчики черпают почти неистощимую энергию.
"Ну, из молодости - это, несомненно. Дальше, положим, из деревенского, близкого к природе происхождения и образа жизни. Маловато для чёткого объяснения".
Имея характер скорее меланхолический, сколько себя помнил, Базилиус завидовал холерикам. Правда, для работы спецагентом уравновешенность более предпочтительна, спешка в его деле чревата быстрыми провалами. Тем не менее, этой пышущей молодостью, здоровьем и энергией девушке он по-доброму завидовал.
"Ладно, увлёкся. Каждому, как говорили древние, своё".
Золотом занялись на следующий день, да и то, после полудня. Скучное занятие - составление протоколов и описей. Прибыл Главный Казначей повстанцев на личном глайдере. Они с Базилиусом были давно знакомы, хорошо понимали друг друга, поэтому без лишних разговоров тут же приступили к оприходованию наличной валюты. Её, действительно, оказалось не так уж и много. Причём все динарии в банковских контейнерах оказались старыми, потёртыми, источенными от долгого обращения и почти серого цвета. Редкие новые монеты, как драгоценные камни сверкали на заходящем солнце, скрывая первую, но не последнюю загадку золотого запаса Мохаве.
Базилиус переглянулся с Казначеем, они друг друга поняли без лишних слов. Где-то должен быть ещё один "золотой запас", и он гораздо больше этого.
-- Думаю, мы не будем выносить наши выводы на широкое обсуждение, трудно себе представить, какой размах может принять охота за пропавшими сокровищами, - Казначей махнул рукой помощникам, что бы приступали к приёмке золота.
Всё так, на широкое обсуждение факт утечки большей части золота выносить не стали, тем более, что народ Мохаве радовался и тому, что удалось захватить. К сокровищам "золотого каравана" добавилось то, что изъяли при обысках в отделениях Национального Банка, в не подвергшихся разграблению обменных пунктах и у беглых чиновников. Национальный золотой запас Мохаве утроился. Народ ликовал.
Базилиус попал на первые полосы всех газет и прочих средств массовых коммуникаций. Как же, национальный герой, спаситель золотого запаса целой планеты. Одним из первых он получил тут же утверждённый новой властью Орден Золотого Динария. Лестно, конечно, от Конторы, кстати, он не получил даже устной благодарности, что означало для него, скорее всего, конец карьеры спецагента. Базилиус составил подробный отчёт о всех событиях последних дней, благо для этого времени имелось в избытке, отправил обычным каналом в Контору и стал ждать.
Как герою Базилиусу предлагали разные забавные должности в новом правительстве, от начальника над всеми прачечными столицы до куратора над средствами массовой информации. Базилиус от всех предложений отказывался. Он всё ещё надеялся, что Контора использует его по прямому назначению. Контора хранила упорное молчание.
Так в безнадёжном ожидании прошло два месяца. Предложение должностей постепенно сошло на нет. Кабинеты заполнили, кресла заняли, даже начальника над всеми прачечными нашли, новая власть заработала. И дел ей хватало. Базилиус чувствовал себя выброшенным на обочину, эдаким бывшим и всё больше забываемым героем. Даже интервью, которых в первые дни было по десятку на дню, теперь больше никто не просил. Оно и понятно - восстание народа Мохаве, бегство "Трёх Толстяков", спасение золотого запаса становились историей. Всему этому место в музеях и учебниках истории.
"Ну, возможно ещё памятник поставят. Что-то вроде конного бюста" - настроение Базилиуса было мрачным дальше некуда.
Елена без дела не сидела, она нашла себе работу по душе на должности в Министерстве по Чрезвычайным Ситуациям. Нравился девушке экстрим, что тут поделаешь. Она несколько раз посещала Базилиуса, пытаясь, как могла подбодрить. Однако её больше увлекала новая должность и новые впечатления, чем смурной бывший спецагент. Остальные члены команды посещали Базилиуса ещё реже. Дальнейшее ожидание у моря погоды могло привести только к усугублению депрессии, алкоголизации тела и души, наркотикам и преждевременной смерти героя.
"Вот тогда точно памятник поставят. На могиле".
Базилиус сделал очередной запрос в Контору относительно своей судьбы. Ему не сразу, неохотно, но ответили. Какой-то нижний чин, мелкий клерк, ниже его по званию, наверняка не бывавший ни в каких переделках, не нюхавший разрыва бластерного плазмоида ядовито и нагло отписал: "Поскольку спецагент Базилиус обладает выраженным свойством излишней самостоятельности и сам себе назначает задания без учёта мнения руководства, то означенное руководство предлагает вышеупомянутому спецагенту Базилиусу и дальше выдавать себе задания самостоятельно". И далее в том же духе на целый лист.
