Пока Базилиус просыпался, а Тимоти успокаивался, разбудили остальной экипаж. Через десять минут собрались в кают-компании. Там Тимоти, уже более связно, и поведал жуткие перспективы, которые ожидают "Кристину" и её экипаж.
Как истинному, природному лазутчику волбату удалось проникнуть туда, где его меньше всего ждали, где хозяева станции прятали свои грязные тайны. Не всё попало в чуткие уши Тимоти, но и того, что он услышал, было достаточно, чтобы понять, те, кто ведут с ними переговоры, не просто догадываются об их двойной миссии, они это знают наверняка. Никаких реальных выходов на продажу церковных сокровищ здесь никто и не планирует. Зачем устроили весь этот балаган с имитацией переговорного процесса, Тимоти не знает, в подробности его не посвятили, зато, совершенно однозначно, ему удалось подслушать, что миссию собираются уничтожить. В таком составе и с такими полномочиями их команда здесь не нужна.
"Возможно, она вообще им не нужна, и цели у "Трёх Толстяков" здесь совершенно иные".
По словам Тимоти "Кристину" должны взорвать, причём произойдёт это в самое ближайшее время.
Оснований не доверять Тимоти не было никаких, как бы чудовищно не звучала его информация. Наоборот, Базилиус и сам чувствовал, что переговорщики со стороны "Трёх Толстяков", тянут время и готовят какую-то пакость.
-- Так, бойцы, похоже, что наша миссия была провалена с самого начала. Не берусь сейчас судить наверняка, но где-то в нашем новом правительстве окопался "крот", и он сливает всё, что может "Толстякам".
При упоминании о "кротах", под которыми Базилиус подразумевал вражеских лазутчиков, шпионов в их стане, Тимоти облизнулся раздвоенным языком и вспомнил о них о живых, таких пушистых и жирных. Любил он кротов, за лакомство почитал.
-- Боевая готовность номер один. Проверить все посты, проверить вооружение. Особое внимание внешней оболочке. Следить за пространством вокруг базы. Елене и Константину отправить сигнал повышенной готовности.
Базилиус встал на пост командира атакуемого противником корабля.
16.
Третий день переговорного процесса начался необычно. На выходе из кессона Базилиуса и отца Михаила встречали вместо угрюмых охранников девушки в маскарадных костюмах. Руководитель, а точнее распорядитель делегации от "Трёх Толстяков" господин Чум был сегодня сверх меры любезен. Его жёлтое узкоглазое лицо, напоминающее румяный блин, так и сочилось почти искренним участием и доброжелательностью. Господин Чум был сама учтивость.
-- Сегодня большой день. Праздник на Кумане, и у нас на станции тоже. Проходите, добро пожаловать, гости дорогие.
На господине Чуме, в отличие от вчерашнего строгого костюма с галстуком имелся синий парчовый халат в жёлтую полоску, подвязанный оранжевым поясом, зелёные сапоги с очень длинными носами и тоже в жёлтую полоску, и чрезвычайно вычурная шляпа всех цветов радуги.
-- Милый костюмчик.
-- Клоуны, прости, Господи.
Отец Михаил демонстративно трижды перекрестился, прежде чем они последовали за провожатым. Господин Чум крестного знамения как бы и не заметил. По его команде взвод полураздетых девиц начал отплясывать нечто весьма зажигательное, тем более, что по коридорам уже разливалась залихватская самба-румба.
Неожиданно для себя Базилиус поддался настойчивым ритмам и начал приплясывать вместе с девицами. Отец Михаил так же получил свою порцию женского карнавального эскорта. Притопывая и прихлопывая (отец Михаил не отставал) шествие добралось до центральной арены. Там уже веселились вовсю, возможно, что и всю предыдущую ночь.
Очень заразное это действо - карнавал. На нескольких танцевальных площадках веселились не меньше трёх сотен участников. Громкая ритмичная музыка, богатые костюмы, световая феерия, обязательные горячительные напитки, а где-то и наркотики подпитывали пляшущую массу. Базилиус честно отработал пять танцев, сменил восемь партнёрш, хотя там за масками могли быть и мужчины, и поглотил не меньше бутылки шампанского. Дальше он попытался исчезнуть.
Оказалось, что сделать это не просто. Видимо слежка за ним и отцом Михаилом не прерывалась ни на минуту. В туалетной комнате, куда он заглянул отдышаться, обнаружились знакомые лица давешних охранников. Как бы отдыхая, он прошёл на галерею, с неё карнавал смотрелся ещё эффектнее. Публика, скопившаяся на базе "Небо-64", действительно, без дураков отмечала какой-то из куманских парадизий и о существовании Базилиуса, его команды, "Кристины", переговорного процесса с "Тремя Толстяками", да и самой планеты Мохаве даже не подозревала. Им было просто весело.
Объявился господин Чум, весь в конфетти и серпантине, следом вполне себе навеселе, ещё продолжая пританцовывать, двигался отец Михаил. Они прошли в ближайшую обзорную башню, за бронированными стёклами которой тут же грянул салют.
