— По правде говоря, Василиса Прекрасная, — я сразу задействовал весь свой шарм, едва взял девушку за руку и отвёл в сторонку. — Я здесь как парламентёр. Я очень хочу познакомить вас с другом, который, увидев вас впервые, утратил дар речи. Мне даже пришлось всучить ему Букварь, чтобы быстрее восстановил навыки.
Василиса широко раскрыла глаза, что должно было означать удивление. И я поторопился продолжить, пока она не сбежала.
— Он — скромняга парень. Умница, талантливый пилот. Гений, практически. Но скромен до безобразия. Ни за что в жизни он бы не решился к Вам подойди. Даже если бы на всём белом свете вы остались вдвоём. Но он от Вас без ума. Смотрел и таял, как воск под палящим солнцем. Его сразу пленила ваша улыбка. Он мне так и сказал, когда пришёл в себя после обморока: Лёха, я не могу найти в себе сил, чтобы сказать ей в лицо, как она прекрасна. Ты сделай это за меня. А я пока выпью валерьянки.
Василиса смотрела на меня снизу вверх ещё какое-то время. Она всё ещё улыбалась, но уже по-другому. С некоторой задумчивостью и удивлением.
— Признаться, вы удивили меня, лейтенант Телегин…
— Алексей.
— Вы удивили меня, Алексей. Я знаю, кто вы такой. Слышала о вас и видела раньше. Но… Но как-то не ожидала, что вы… поступите вот так. Я думала… Я думала… Я думала привлечь ваше внимание.
— О, поверьте, вы его привлекли! Разве не видно, как слюни текут по подбородку? — я продолжил гнуть свою линию, хоть слова девчонки были чертовски приятны. — Но таков закон — третий должен уйти. Я не могу стоять на пути искренних чувств. Мой нерешительный друг никогда мне этого не простит. И не простит, если я вернусь ни с чем. Он будет очень рад, если такая красавица просто согласится уделить ему немного своего времени.
Василиса смутилась и, как мне показалось, немного покраснела. А может, её щёки всегда сохраняли румянец. И я продолжил ковать.
— Его природная скромность не позволит ему совершить первый шаг. Ведь даже если он вдруг решится, боюсь, очередного обморока не избежать. Если вы, Василиса, первой проявите инициативу и дадите ему шанс выразить свои чувства, вы убедитесь в их искренности.
Не знаю, как бы отреагировали на такой расклад дамы, с которыми я привык иметь дело в Магнитогорске, но эта не фыркнула. Для тех дам афродизиаком являлись не только деньги, но и слова "пилот" и "знаменитость". Эта же, судя по всему, себя ценила ещё выше. Вела себя спокойно и уверенно. Даже не постеснялась признаться, что специально пыталась привлечь моё внимание. То есть девушка бойкая. Надеюсь, Василиса окажется не только Прекрасной, но и Премудрой. Надеюсь, у неё хватит смелости дать согласие на моё неожиданное предложение и хватит такта, чтобы всё не испортить и не сделать Илью ментальным импотентом.
— Неожиданно, — магнетическая улыбка вернулась на прекрасное лицо. — Но так уж и быть. Посмотрим, что можно сделать с вашим скромником.
Засекреченная военно-воздушная база. Тот же день.
Алексей вприпрыжку скакал по плацу, торопясь в бараки. Он обо всём договорился с Василисой, которая неожиданно оказалась адекватной девушкой с живым чувством юмора. Не надменной зазнайкой, что неудивительно при такой-то внешности, а обычной девчонкой без комплексов.
Алексей торопился, спеша сообщить друзьям, что вскоре к ним нагрянет гостья. Пусть ненадолго, но прибраться в берлоге не помешает. Особенно таким неряхам, как они.
— Ага, не ждали!? — чуть ли не с ноги засадил он в дверь. — Вы не поверите, что я вам сейчас расскажу!
Но друзья не поддержали его радости. Никита и Илья сидели на койках друг напротив друга, хмурились и молчали. Никита сложил руки на груди, будто закрылся в себе и нацепил замок, а Илья растерянно перебирал руками края вещевого мешка. Вещи его были аккуратно сложены в стопку прямо на кровати.
— Что за похороны? — Алексей не догадался, что дело плохо. Он присел рядом с другом и приобнял того. — Илюх, не поверишь, что сейчас будет!
— Ты тоже не поверишь, — Никита кивнул в сторону Ильи. — Он хочет свалить. В Службу Космической Разведки податься. Говорит, его полковник Патель обрабатывал и почти уговорил. И он тут сидит решается, понимаешь.
Илья сердито посмотрел на Никиту, будто тот выдал важный секрет. Хоть Илья изначально не собирался скрывать правду, духу рассказать о ней именно Алексею у него бы всё равно не хватило. Он боялся, как тот отреагирует, а потому поделился лишь с Никитой. Но Никиту правда взбесила ещё сильнее.
— Что ты молчишь? — Никита был очень зол. — Признайся.
— Да, он предлагал мне. Но… Но я не знаю, что мне делать.
— А я ему и сказал, — Никита посмотрел на опешившего Алексея. — Если он уйдёт в разведку, я тоже уйду. Уйду в звено к Гринёву.
Заскрипела койка: побелевший от злости Алексей поднялся, сжал кулаки и шумно выдохнул через нос, как закипевший чайник. Но не помогло — негодование требовало быть разбрызганным.
