- Я же не школьница! – достав сумочку с заднего сиденья и накинув её на плечо, Джинни положила ладонь в руку Хосока и позволила себе помочь. – Я всё знаю.
- Хорошо, а то б Рэпмон мне зад надрал за приобщение к таким наукам, - доверительно и с переживаниями приложил свободную руку к груди молодой человек, изображая новичка и любителя в драках, эдакого слабачка. Ему нравилось повалять дурака, сделать вид, что он беззащитен, глуповат и неопытен. Особенно помогала в этом его фирменная улыбка беззаботного балбеса, когда все его тридцать два зуба слепили собеседника в выражении «твоя моя не понимает». – Я обещал ему, что буду рядом с тобой паинькой.
Они поднялись в пентхаус, к самой ответственной части, и, представ пред ликом грозного родителя, вперившего свой взгляд в уверенно державшую себя Джинни, присели на диван в кабинете того. Собирающийся с мыслями, всё ещё молчаливый и поздоровавшийся лишь кивком, ювелир отвернулся на минуту к письменному столу. Пока на них смотрела его спина, Хосок, прося разрешения взглядом, подвел свою руку к руке девушки, и когда та одобряюще вильнула подбородком, накрыл ладонью маленькую ручку младшей подруги. Господин Чон обернулся, но перед ним была стойкая молодёжь, и она не испугалась его суровейшего выражения.
- Итак, чем занимаются твои родители? – сразу же перешёл к главному мужчина.
- Мой отец владеет фирмой, занимающейся доставкой продуктов в супермаркеты, а так же у нас два собственных продовольственных магазина, - ответила Джинни. – А мать не работает.
- Много родственников?
- Только старший брат. Он помогает во всём отцу, уже его заместитель, фактически…
- Слышал? – язвительно хмыкнул миллионер сыну, потрясясь от немого недовольного смеха. – У других сыновья не брезгуют помогать отцам и впрягаться в упряжку!
- Пап, у её брата совсем другая ситуация. Природа одарила его способными к экономическим функциям мозгами. Хотя по молодости он тоже чудил, развлекался. Все это делают! Потом, когда приходит время, остепеняются…
- И сколько ему сейчас? – сцепил за спиной руки господин Чон.
- На полгода младше меня, - стихая и снижая тон к концу предложения, невнятно пробрюзжал Хосок.
- Вот! И то уже за ум взялся!
- У каждого своё время для созревания, - вновь выставил защиту молодой человек. – У него ай кью выше в два раза, чем у меня! Мы не можем заниматься одним и тем же!
- А если бы у него член был в два раза длиннее, ты бы от того спать с женщинами перестал?! – гаркнул отец. Хосок извиняясь поглядел на Джинни.
- Пап, ну не при девушке же…
- А почему нет? Она же уже взрослая, ты же с ней уже туда-сюда всё там проделал, что грозишься мне тут внуком! – мужчина осмыслил, что сказал и немного убавил спеси и ярости. – Ладно, я буду рад внуку, если это так…
- Мы сходим к врачу, и я принесу тебе справку, если хочешь, - помнил Джей-Хоуп о своих связях и о том, что есть у него знакомые доктора, которые за деньги нарисуют, что угодно. Но, видимо, такой расклад угадывал и старший оппонент, иначе в кого бы было вырасти продуманному отпрыску? Всё, что мог сочинить Джей-Хоуп, его отец вполне мог продумать не хуже.
- Знаем мы эти справки и бумажки! Цена им – совесть! А у тебя её нет, мерзкий, неблагодарный мальчишка! Как тебя… Джинни? Ты хоть видишь, с кем связалась? – прищурился беспокойный владелец состояния, которому некому было передать его после себя так, чтобы оно не растаяло.
- Мы любим друг друга, - прильнула Джинни отрепетированным жестом к плечу друга. – Для меня он самый лучший.
- Самый лучший? А ты знаешь сколько у него сантиметров, а?
- Пап!..
- Молчи! Пусть ответит. Это мне скажет больше, чем твой фиговый лист, купленный в частной клинике.
- Пап, ты сам не знаешь, чего у меня там сколько! – прорвался Хосок, останавливая постыдные допросы. Не для себя – ему-то всё равно. Ему было неудобно перед Джинни, всё-таки, правда, она была ему как сестрёнка. Джей-Хоуп поглядел на неё, которую не видел около года, а не всматривался в неё - никогда в жизни. Угловатость подростка прошла, наметились определенные формы, легкий макияж превращал её в симпатичную, миниатюрную и обаятельную девчонку, с прелестными ямочками на щеках, как у Намджуна. Хосок дал себе ментально под дых и отвернулся. Пять дней без секса и мысли уже появляются преступные. Сеул этой ночью встретит его в окраинных и неблагополучных районах.
- Ладно, - сдавшись по этому направлению пропыхтел господин Чон. – Допустим. Сколько вы уже встречаетесь?
- Почти год! – хором сказали Джинни и Джей-Хоуп, и почти синхронно же уточнили: - Месяцев одиннадцать, с конца прошлой весны. Да, с мая, - закивала девчонка.
- Мы увиделись у того отцветавшего дерева, - романтично прижал к груди её руку в своей Хосок. – Я ещё не знал, как оно называется, и спросил у тебя. Такое розовое, такое красивое…
