Подумав о родителях, Эбигейл внезапно захотела услышать голос хотя бы одного из них и позвонила на стационарный телефон. После трех гудков трубку поднял отец.
– Привет, папа, – сказала она.
– Кто это? – спросил он. Это была старая шутка.
– Мамы, должно быть, нет дома…
– Верно, нет. Ты спросила, потому что я взял трубку?
– Наверное. Думала, ответит она… Ты живешь в доме?
– Нет, я все еще над гаражом. Твоей матери сейчас нет, поэтому я пробираюсь обратно в дом, чтобы найти свой экземпляр «Образов Шекспира». Ну, ты знаешь, книгу Сперджена. Ты, случайно, не помнишь, где она?
– Нет, не помню.
– Я знаю, что, когда в последний раз ее видел, она находилась рядом с диваном в кабинете, но сейчас ее там нет. Твоя мама, наверное, куда-то переставила…
– Папа, я думала на выходные перед свадьбой приехать домой, провести немного времени с вами. – Эбигейл удивилась, произнося эти слова.
– У тебя всё в порядке?
– Да, конечно. Просто подумала, что было бы неплохо. Какие у вас планы на эти выходные?
– В субботу я работаю в кинотеатре, – сказал отец, растянув слово «театре» на три сильно ударных слога, – но это даст тебе немного времени побыть наедине с мамой. Так что приезжай. Мы будем рады тебя видеть. А как насчет Брюса?
– Мы с ним проведем остаток жизни вместе. К тому же перед свадьбой и медовым месяцем он старается впихнуть в свои выходные как можно больше работы. Будет здорово увидеть вас обоих.
– Приезжай. Я буду рад. Мы будем рады.
Эбигейл поездом доехала до Нортхэмптона, где ее на машине встретила Зои. Вечерело. Это были вторые выходные сентября, но первые, которые
– Как прошла встреча с Брюсом? – поинтересовалась она после того, как обе заказали по коктейлю «Негрони» в баре «Туннель», действительно построенном в старом железнодорожном туннеле.
– Прекрасно. Просто замечательно. Он ждет не дождется свадьбы.
– Он сообщил тебе подробности своего мальчишника?
– Ты имеешь в виду, посвятила ли я его в подробности нашего девичника? – переспросила Эбигейл.
Им принесли напитки, и Зои с улыбкой откинулась назад.
– Пожалуй, – сказала она.
– Да, я все ему рассказала. Он сказал, что это неважно.
– Правда? – Зои вновь недоверчиво подалась вперед.
– Нет.
– А… Но все было в порядке?
– Было приятно его увидеть. Я хочу забыть некоторые детали тех выходных. Надеюсь, ты тоже.
Зои провела пальцами перед губами и сделала вид, будто закрыла их на замок и выбросила ключ.
В шесть тридцать она высадила Эбигейл у дома родителей. Шагая от тротуара к входной двери, та увидела в эркерных окнах гостиной своих родителей: отец изучал содержимое бара, мать сновала взад-вперед по совмещенной с гостиной кухне. Интересно, будут ли они во время ее визита выступать единым фронтом? Ответ был не за горами.
Эбигейл открыла дверь, и ее встретил запах жареной курицы.
После ужина мать первой легла спать. Это был в высшей степени приятный вечер, самой спорной темой которого был вопрос, где посадить на свадебном приеме жутковатого кузена Роджера.
– Портвейн? – спросил отец, теперь, когда Амелии не было рядом.
– Давай. Почему бы и нет?
Он налил два бокала, затем снова устроился в клетчатом кресле, которое всегда так любил.
– Вы с мамой очень дружны, – сказала Эбигейл.
– Мы с ней ладим, если не говорим на определенные темы. Я пока живу в гостевом доме.
– Это непохоже на типичный развод. Я это к тому, что вы с ней могли бы найти способ восстановить отношения. – Она попыталась не впустить в голос надежду.
Отец нахмурился.
– Я не знаю. Можешь спросить мать – она тебе скажет, что между нами все кончено. Я обитаю в гостевом домике лишь по той причине, что у меня нет денег снять собственное жилье. Мы не злимся друг на друга, но, думаю, мы просто выгорели. Все эти годы мы вместе вели бизнес, превратившись из мужа и жены в деловых партнеров; и теперь, когда бизнес лопнул, вместе с ним лопнул и наш брак.
Отец откинулся назад, его плечи опустились, и Эбигейл на миг увидела, каким он будет выглядеть в глубокой старости.
Она почти начала разговор о том, что Брюс возродит театр «Боксгроув» на свои собственные деньги, но передумала, решив, что сейчас не время. Эбигейл еще до выходных решила, что этот разговор состоится после свадьбы.
– Вы думали о том, чтобы пойти к семейному психологу? – спросила она.
Отец пожал плечами.
– Все это стоит денег, и да, вряд ли это что-то изменит. Эбби, думаю, тебе сейчас лучше сосредоточиться на своей свадьбе, а не на своей матери и мне. Не надо делать из нас очередной проект.
– Ха.
– Ты помнишь нашу рекламную кампанию?
– Конечно помню.
