Девушка приняла сверток с осторожностью. Тис держал его так, как будто там был пульт запуска ядерных ракет. Ну или ядовитая змея по меньшей мере.
В свертке лежал нож в потертых ножнах. Клинок покрывал рыжий налет ржавчины
— Это холодное железо, — проговорила Тис. — Не доставай его без нужды.
Джил кивнула. С ножом на поясе она чувствовала себя странно. Слова прощания никак не шли в голову, она вообще понятия не имела, что можно сказать Тису сейчас.
— Удачи тебе, — просто сказал сид. Он пошел прочь, и синий плащ быстро затерялся в тенях. Свечение над тропинкой стало ярче, словно призывая не медлить.
За лугом начинался лес. Старые деревья перешептывались в темноте где-то над головой Джил. Зеленоватые огоньки подмигивали ей из кустов. Ночной ветер пах жимолостью и шиповником, иногда пронзительно вскрикивала какая-то ночная птица.
Идти по волшебной тропе оказалось гораздо проще, чем пробираться по бездорожью, и Джил почти приободрилась. Даже сумка и большая фляга с водой казались ей не такими уж тяжелыми.
Лес в ночной темноте жил собственной жизнью. Девушка скорее чувствовала ее пульсацию, чем понимала, что происходит там, где свечение тропы слабеет. Но что-то там было, и это что-то казалось Джил совсем не добрым. Впрочем, высунуться на свет это что-то так и не рискнуло.
На привал Джил устроилась прямо посреди тропы. Села на свернутый плащ, достала лепешку и вяленое мясо. Запила водой с отчетливым привкусом трав и спелых яблок. На рассвете она остановилась снова и проспала несколько часов, завернувшись в плащ.
К утру лес вокруг изменился. Среди буков и вязов то ли дело попадались высоченные сосны, тропа стала каменистее, воздух — холоднее. Приближались горы.
Их каменная громада нависла над Джил как-то внезапно, когда она вышла на открытое место. Тропинка карабкалась по склону и терялась между валунами. Она стала каменистой и почти незаметной. Здесь заканчивалась власть Короля-Охотника.
Ее хватило ровно на то, чтобы к полудню довести Джил до входа в ущелье, темное и узкое, будто действительно прорубленное единым могучим ударом. В сравнении с ним Слай-Дерро показалось Джил уютным, как лужайка перед домом тетушки Сьюзен. Холодные тени падали на дно Меча Княгини, и девушке стало не по себе о мысли, что ей придется пробираться среди этих теней и этих камней, таких угрюмых и мрачных.
Джил поправила котомку на плечах. Тропа Короля-Охотника обрывалась на берегу вырывающегося из ущелья ручья. Мутная вода пенилась и разбрасывала в разные стороны брызги.
По берегу Джил осторожно двинулась дальше. За скалы цеплялись безлистые кривые деревья и невысокие черные сосны, тоже какие-то перекрученные. И все. Ни живой травинки, ни лишайников, прилепившихся к камням, ни птиц.
Последнее Джил скорее радовало, и это была единственная радость в этом странном месте. От стен ущелья тянуло стынью, и девушка порадовалась, что королева подарила ей сидский плащ. Без него она бы быстро и безнадежно замерзла.
Что произошло в этом месте, что-то совсем недоброе. Даже тех скудных представлений о Другой стороне, которые были у Джил, хватило, чтобы понять это. Серое, лишенное солнца небо казалось ослепительно ярким, так темно было в этой расселине.
После тропы Короля-Охотника, которая сама вела Джил, ей казалось, что по ущелью она продвигается очень медленно. Даже сам воздух словно сопротивлялся чужому вторжению.
Кто-то забрал отсюда все тепло. Это мысль пришла в голову Джил неожиданно, но показалась ей просто удивительно точной. Она только плотнее завернулась в плащ и попробовала идти быстрее. Больше всего ей хотелось плюнуть на все и бросится назад, к свету, даже если это — скудный пасмурный свет Другой стороны.
Но волшебная тропа Короля-Охотника, наверное, давно растаяла, а оказаться снова одной непонятно где Джил пугало еще больше, чем Меч Княгини.
Чтобы отвлечься, она попыталась думать о чем-то кроме хмурых скал вокруг. Например, о названиях. Кианит, правительница гвиллионов, называла себя княжной. Что-то она говорила о своей матери, которая вышла сражаться с чародеем фоморов, но проиграла. И было это возле озера Лох-Слай, не существующего больше по ту сторону Границы. У Джил голова кругом шла от всех здешних странностей.
Постепенно ущелье стало шире, а стены его выше. Теперь они угрожающе вздымались над Джил, а небо казалось совершенно недосягаемым. И все вместе это складывалось в такую гнетущую атмосферу, словно ущелье пило из забредшего сюда путника силы.
Джил остановилась на привал. С ужасом подумала о том, что рано или поздно наступит ночь. И спать в Мече Княгини, и идти дальше в темноте показалось ей одинаково безумным и опасным.
Ближе к вечеру сорвался ветер, поднял в воздух мелкую колючую пыль. Джил накинула капюшон, чтобы хоть как-то защитить глаза. Ветер сразу же сорвал его с головы и больно хлестнул по лицу. За спиной засвистело и завыло, стены ущелья отозвались разноголосым эхом. Джил прикрылась локтем.
