О чем мечтает каждая девчонка? Поехать в Париж и влюбиться в красавца, и чтобы все было как в кино: прогулки по Елисейским Полям, романтичные вечера у Эйфелевой башни… французские поцелуи. Листая модные журналы, Лиза уже видела себя в этом шикарном городе в объятиях настоящего принца. Поэтому когда родители решают отправить ее во Францию, радости девушки нет предела — мечты наконец-то станут реальностью. Очутившись в месте, о котором она столько грезила, Лиза успевает не только сходить на три незабываемых свидания, но и влюбиться в настоящий Париж, который, как оказалось, скрывает массу неожиданных сюрпризов…
— Ой, смотри, моя любимая реклама! — сказала Настя.
На развороте глянцевого журнала — совсем новенького, пахнущего еще типографской краской, — красовался бледно-сиреневый кусок мыла, пропитанный, если верить производителю, настоящими французскими духами. Фоном к главному герою рекламы шла панорама ночного Парижа, увенчанного своей знаменитой короной — Эйфелевой башней, Тур Эффель. Разукрашенная тысячами горящих лампочек, она походила на новогоднюю елку, навевая ощущение вечного праздника. Как выглядели и что собой представляли окружающие башню кварталы, было не видно, да и не важно — само собой разумелось, что жители этого благословенного района проводят всю свою жизнь в удовольствиях. Моются мылом, к примеру.
— Красивое фото, — заметила я.
Настя перелистнула страницу. И здесь Париж! На этот раз нашему взору предстала реклама колготок. Изящная девушка восседала за столиком на террасе кофейни, держа на коленях маленькую собачку, когти которой были, само собой, не страшны предлагавшемуся товару. Фото было сделано немного снизу, чтобы ноги модели казались еще длиннее, а надетые на нее колготки бросались в глаза в первую очередь. Во вторую очередь взор привлекали красовавшиеся на столике чашка кофе и круассан. Для тех, кто еще не понял, где происходит дело и жительницы какого города предпочитают нервущиеся чудо-чулки, на заднем плане, там, где кончалась череда домиков, являвших собой само воплощение европейскости и уюта, виднелась Арк де Триомф — Триумфальная арка Наполеона.
— Неплохо бы там оказаться, — заметила Настя.
— Еще бы! — вздохнула я. — Просто мечта!
— А ты представляешь, ведь эту модель, чтобы в рекламе заснять, небось специально в Париж свозили! Она там пофоткалась, покрасовалась, да еще и денежки получила! Вот бы такую работу, а, Лиза?
— Да ну! — я скривилась. — Если уж я когда-нибудь и поеду в Париж… а я туда непременно поеду, просто обязана!.. Так вот, если уж ехать туда, то не работать, а отдыхать! Гулять, развлекаться, по магазинам ходить… Художникам всяким позировать на Монмартре!
— И в кафе кофе пить с круассаном! — добавила Настя.
— Ну это само собой. Кофейня на Елисейских Полях, открытая терраса, модная публика, услужливые официанты… — размечталась я. — А рядом Он!
— Кто? Леха? — спросила подруга.
— Какой еще Леха?! У нас с ним давно все закончилось, сколько тебе повторять! Не Леха, а француз! Настоящий француз! Такой, знаешь, в берете и с шейным платком, романтичный, чернявый, чуть-чуть легкомысленный, любящий музыку и обязательно стильный! Какой-нибудь Луи или Жан-Батист…
— И французский поцелуй! — сказала Настя, хитро улыбнувшись.
Мы открыли журнал наобум и в очередной раз попали на рекламу. Огромный красный рот, изображенный на развороте, был, конечно, очень красив, но все же немного пугающ. Снизу значилось: «Настоящая французская помада для настоящего французского поцелуя!» В тему, как по заказу.
— Ладно, в конце концов, у нас тоже все это есть… — неуверенно проговорила Настя, и в ее словах мне послышались нотки обреченности. «В Париж нам не попасть, так что придется довольствоваться тем, что есть дома» — вот что имела в виду подруга на самом деле.
— Что еще за пессимизм?! — сказала я. — Ты что, Настька?! Мы достойны лучшего! Борись!
То, что «лучшее», которого мы достойны, обязательно должно находиться в Париже, разумелось само собой. Впрочем, сейчас, когда русские олигархи предпочитают жить в Лондоне, модные девочки носят майки с надписью «Я люблю Нью-Йорк», богачки ездят на шопинг в Милан, а творческие души рвутся на Гоа, наша с Настькой мечта о Париже может показаться несколько устаревшей… И все же этот город мы предпочитаем любому другому. Причиной тому — наше обучение в школе с углубленным изучением французского языка.
