— Вы его знаете, — через плечо бросил я последнюю фразу. — А если забыли, раскройте библию: грядёт Его новое пришествие, и в каком бы обличии он ни явился, вы Его узнаете. Узнаете и встанете под его знамёна, потому как другого пути у вас, революционеров, нет. По сути своей вы бунтари и разрушители, а значит, верные слуги Его. Таков ваш горестный удел, таково ваше скорбное предназначение.
Знакомство с Казимиром не только оставило после себя горький осадок, но и породило вопросы, на которые я до сих пор не знаю ответа.
В ту памятную ночь, вернувшись домой после более чем странной вечеринки на Васильевском, я долго не мог уснуть. Мой организм выбрасывал в кровь всё новые и новые порции адреналина, и сон бежал от меня подобно трепетной лани, отказывая мне в возможности хотя бы до утра впасть в спасительное забытьё. Не зажигая огня, я, как безумный, метался по комнате. Периодически я подбегал к зеркалу, и, глядя в его голубоватую муть, на разные лады повторял один и тоже вопрос: «Кто же я»? Моё отражение с горящим взглядом и всклокоченными волосами больше напоминало злую карикатуру на меня самого, что ещё больше приводило меня в ярость.
— Почему? — кричал я отражению. — Почему я не такой, как все? Большую часть времени я живу, как обычный человек: хожу на лекции, посещаю практические занятия, сижу до позднего вечера в библиотеке, и ни о чём другом, кроме как об учёбе, не помышляю. Да, начиная с первого курса, я не ношу нательного креста, но в то же время вместе с другими гардемаринами старательно отстаиваю все заутрени и обедни. В Бога я не верю, но за стол, не перекрестив лба, не сажусь. Я не способен к состраданию, но при этом всегда подаю милостыню, и, как лекарь, не упускаю возможность облегчить муки страждущих.
Но приходит время, и мой Тёмный Повелитель начинает требовать для себя новую жертву, и тогда тёмная суть Сборщика Душ берёт верх над моим естеством. В этот момент понятия Добра и Зла для меня стираются, и я превращаюсь в человека с обнажёнными нервами. Корчась от боли и страданий, я, сам того не желая, выхожу на поиск новой жертвы. Со временем я стал замечать, что жертва сама находит меня, словно Князь Тьмы выводит её из лабиринтов городских улиц на встречу со мной.
— Почему я не могу обойтись без всего того, что я делаю с женщиной? — продолжал я выпытывать у своего отражения. — Почему, пока я не услышу её предсмертный хрип, не почувствую предсмертную агонию, не увижу, как душа возносится ввысь — я не человек? Почему я могу вернуться к обычной жизни только после того, как отправлю очередную несчастную в Вечность? Почему, проснувшись поутру рядом с мёртвой женщиной, я чувствую себя сильным и помолодевшим? И, главное, почему после этого я не чувствую никаких угрызений совести и меня не мучает раскаянье? Почему?
Наконец, устав метаться по тёмной комнате и истязать себя бессмысленными вопросами, я упал на кровать и уставился взглядом в потолок. Вот так, гадая, кто я и что есть мои необычные способности — дар или проклятие, — я незаметно для себя уснул.
Возможно, я и не спал, а находился на зыбкой границе сна и бодрствования, и произошедшее было не сном, а явью. До сих пор, вспоминая ту памятную ночь, мне трудно ответить что-то определённое. Внезапно я почувствовал порыв холодного ветра, на меня дохнуло ледяным холодом, что, согласитесь, в хорошо протопленной квартире с закрытым наглухо окном и плотно закрытой на засов дверью, практически невозможно. Я почувствовал, что в комнату сквозь запертую дверь просочился (именно просочился, другого слова не подберу) прозрачный, как привидение, силуэт незнакомого мужчины, одетого в старый дорожный плащ. Его лицо закрывала надвинутая на глаза поношенная широкополая шляпа. Позже я понял, что это был первый визит Посланца Ночи.
Он беззвучно сел на кровать возле изголовья, и, не разжимая губ, сказал: «Ты избранный. Это твоё предназначенье»!
Я встрепенулся и видение пропало.
— Я избранный! — повторил я. — И всё, что со мной происходит — моё предназначение. Значит, я всего лишь орудие высших сил, и мне не в чем себя винить. Всё предрешено, и я ничего не могу изменить в этом мире: тот, кому суждено умереть от моей руки, сам того не ведая, рано или поздно выйдет на меня, тот, кому суждено умереть в своей постели от старости, может общаться со мной ежедневно без малейшего опасения за свою жизнь. Не мне решать, но мне исполнять! Я всего лишь исполнитель пожеланий Князя Тьмы, наперсник его тёмной силы. И в этом моё земное предназначение.
Большинство из нас наивно верит, что, как бы ни была длинна ночь, за ней непременно наступит день, забывая при этом, что за днём всегда следуют сумерки.
