Лили во все глаза пялилась на Нейта, желая увидеть его реакцию на эту новость. Теперь он был однозначно далек от спокойного равнодушия и высокомерия, которые просто улетучились.
— Это просто смешно. Она могла бы вернуться потом, могла бы рассказать кому-то другому. И с какой стати Даниэлла Робертс сказала…, — начал адвокат Нейта.
— Действительно, с какой стати? — переспросил сам себя Алистер. — Это спорный вопрос, но Лили не могла вернуться, потому что беременность была очень тяжелой. У мисс Джейкобс были трудности, она чуть дважды не потеряла ребенка. Ей не разрешалось путешествовать, и врачи принудили ее вести постельный режим в течение последних трех месяцев.
— После этого…, — перебил его адвокат.
— После этого Лили не совсем поправилась и естественно столкнулась с огромными финансовыми трудностями. Про роды мне рассказала сама Лили и ее акушер, с которым я вчера разговаривал. Врач прекрасно помнит этот день и описывает его, как «чудовищный день», который будто бы произошел только вчера. Мало того, что ей пришлось сражаться, чтобы выносить ребенка напряженно и мучительно много дней подряд, так в конце концов, после затяжных и трудных родов, ребенка все-таки удалось спасти, хотя она чуть не умерла. Лили же пережила
Алистер не получил возможности закончить свою грандиозную речь, потому что Нейт молниеносно вскочил со стула, с бранью схватил стул и со всего размаха бросил его через всю комнату в стену.
— Мистер МакАлистер..., — предостерегающе произнес Алистер, но Нейт быстро обошел стол, направляясь к
Увидев его разгром, Лили в панике тоже вскочила со стула, ее оцепенение совершенно испарились, и она стала пятиться назад, пытаясь как-то обороняться, видя, как Нейт широкими шагами целеустремленно сокращает расстояние между ними. Она резко отступала, держа одну руку за спиной, другую перед собой, и отступала до тех пор, пока не уперлась спиной в стену. Прежде чем она поняла, что он собирался предпринять, его жесткая, каменная грудь уперлась ей в руку, продолжая двигаться вперед, пока его тело не прижалось к ней.
Пребывая в ужасе и растерянности от столь резкой перемены, она посмотрела по сторонам, пытаясь найти место, куда бы ей сбежать, куда угодно сбежать подальше от Нейта.
И для нее наступил еще больший шок, когда осторожно он взял ее лицо в ладони, пытаясь заставить ее посмотреть на него, в его невероятно потемневшие, ставшие почти черными глаза.
— Я не знал, — прошептал он с такой болью, которая просто сочилась из этих слов, первых слов, которые он произнес с тех пор, как узнала, что он жив, прорезая ее тонкий щит оцепенения, как бритва.
Она попыталась освободиться из его ладоней, но он удерживал ее крепко.
— Лили, я не знал, — повторил он, и она взглянула ему в глаза, поблескивающие темным и в них было еще что-то, она не могла понять, что именно, но скрывалась ужасная боль, и она отвела взгляд. Она отчаянно пыталась избежать этого. Ей необходимо спасаться бегством.
Она старалась посмотреть поверх его плеча, но он был слишком высокий и стоял слишком близко. Что творилось в комнате ей было не понятно, то ли там шли переговоры, то ли затевалась драка, но она ничего не видела за Нейтом.
— Посмотри на меня, — потребовал он.
Она судорожно покачала головой в его руках.
— Лили, посмотри на меня.
От его мягкого, нежного голоса, она не могла сопротивляться и подняла на него глаза. Она смотрела на это невероятно красивое лицо.
И впервые с тех пор, как она узнала, что он жив, заговорила и сказала слова, которые крутились в ее голове все дни напролет.
— Ты сказал мне, что никогда не отпустишь меня, — прошептала она, слова звучали, как обвинение.
Он прикрыл глаза, и такая боль отразилась на его лице.
Затем он потряс ее снова, прислонившись своим лбом к ее лбу, и продолжая держать ее лицо в ладонях.
Но что-то заставило ее продолжить:
— Ты говорил мне, — сказала она дрожащим голосом, — что всегда будешь заботиться обо мне.
Он открыл глаза и уставился на нее. Он был так близко, что если бы она чуть-чуть наклонила подбородок, даже меньше чем на дюйм, то поцеловала бы его.
— Ты не заботился обо мне, — прошептала она, констатируя очевидное.
— Мистер МакАллистер, отойдите от моей клиентки, — потребовал Алистер где-то совсем близко.
Нейт не двинул ни единым мускулом.
— Мистер МакАллистер! — сорвался Алистер.
— Оставь его в покое! — яростно крикнул Виктор, — оставьте его в покое, — повторил он, и Лили удивленно отметила, что его голос звучал совершенно подавленно.
Алистер не сдавался.
— Мистер МакАллистер!
Нейт не обратил на него внимания, сверля Лили взглядом.
