Представив всю эту толпу еще и вооруженной до зубов, я вздрогнула. Одновременно в бойнице наверху показалось еще одно мужское лицо. На этот раз без усов, широкое и загорелое.
– Капитан Тай Ридж, – отрекомендовался он. – С кем имею честь?
– Винсент Глерн и Глория де Скалиор, тайные стражники на особой службе, – ответил Винсент. – Наши метки покажут, что…
– Метки здесь не действуют, полномочия Тайной стражи мы проверяем другим способом. Но в любом случае сейчас вы не можете войти. Громорг находится в закрытом режиме. Мне нужен прямой приказ для того, чтобы впустить вас.
Винс выругался, а потом снова задрал голову:
– Послушай, капитан. Ну ладно я, я смогу за себя постоять и подождать приказ снаружи. Ну будь ты человеком, впусти хотя бы Глорию. Ее ведь узнают моментально в толпе.
– Не могу! – тот вновь отрицательно качнул головой. – Ты сам на службе и должен понимать, что приказы не обсуждаются.
– Да пошел ты! – И Винс с точностью до слова повторил давешнюю тираду барона Рошаля.
Капитан, правда, не дослушав, отошел от бойницы, а когда Винс замолчал, нам вновь предстало усатое лицо сержанта.
– Сделайте милость, отойдите на десять шагов от ворот, – произнес он не то насмешливо, не то жалостливо. – Старший приказал еще и решетку опустить. Как бы вас не придавило.
Винсент зло сплюнул, но все-таки, подхватив меня под руку, отошел. Кованая решетка упала с оглушительным лязгом, окончательно перекрывая путь к воротам.
– Что будем делать, Винс? – спросила я устало. – Стоять здесь и ждать посыльного от Рошаля, надеясь, что нас не пристрелят?
– Нет, – ответил тот. – Пойдем отсюда. И так вон уже на нас оборачиваются. Тем более ждать нельзя. Слышишь?
Я прислушалась и ошарашенно посмотрела на него. Винсент кивнул:
– Да, это пушки. Толпа прорвалась в арсенал академии. Теперь у бунтовщиков появилось тяжелое оружие. И как думаешь, куда они направятся дальше?
– В Кориниум… – прошептала я.
– Именно.
– И что будем делать?
– Еще не знаю. Пока просто идем вместе со всеми, чтобы не выделяться, но далеко от Громорга отходить не будем.
Винс подхватил меня под руку, и мы неспешно пошли вместе с толпой мимо закрытого наглухо Громорга в сторону жилых кварталов.
Уже через несколько минут стало понятно, что в такой давке найти гонца с приказом – занятие бесполезное. Но что оставалось делать?
Никаких дельных идей в голову не приходило, так что я готова была плакать от отчаяния. Оставалась одна надежда на Винса. Судя по нахмуренному лбу, он напряженно о чем-то размышлял.
Тем временем навстречу стали попадаться люди, по внешнему виду которых было понятно, что они только что побывали в бою. Рваная одежда, многие ранены, однако при этом одеты в новенькие блестящие доспехи и вооружены мечами, с которых еще не стерли масло. Толпа встречала их приветственными криками. Мимо нас проехал фиар, везущий на сцепке пушку. Приветственные крики превратились в ликующие.
Наконец вместе со всеми мы вышли на широкий проспект, где огромная масса людей слушала какого-то человека, стоящего на импровизированной трибуне. Трибуна представляла собой огромный дилижанс с разбитыми окнами. Оратор стоял на крыше и, резко взмахивая рукой, что-то энергично вещал.
Толпа вокруг отвечала ему одобряющими выкриками, среди которых чаще всего звучали «свобода», «равенство» и «братство».
Лично у меня возникло сильное желание развернуться и уйти, однако Винсент, напротив, неожиданно оживился.
– Так, держись рядом и постарайся не отстать, – приказал он. – На всякий случай, если потеряешься, выбирайся из толпы и двигайся обратно к Громоргу. Где находится академическая библиотека, знаешь?
Я кивнула.
– Там и встретимся. Но лучше не теряйся.
И с этими словами он целенаправленно направился к трибуне, по-прежнему сжимая мой локоть.
Продираться сквозь толпу было непросто, но Винсент использовал универсальное средство. Расталкивая людей, пихаясь локтями, он на все недовольные крики вскидывал вверх кулак и орал во всю глотку:
– Свобода, брат! Срочное дело!
И люди начинали улыбаться, расступаясь перед нами.
Таким вот образом нам удалось приблизиться к дилижансу. Как оказалось, оратор был не один. Толпу сдерживала редкая цепь людей, неплохо вооруженных и с повязками на руках. Я не смогла разглядеть, что было изображено на повязках, а постоянная толкотня мешала сосредоточиться.
Оратор призывал идти на Кориниум.
