Убийцы имеют обыкновение появляться на похоронах. В голове Ханны все еще звучало эхо этих слов Йорна, вызвавших у нее неподдельное раздражение. Тем не менее он наверняка не мог иметь в виду, что отец покойного совершит еще одно убийство, да к тому же на похоронах. Чувствуя себя абсолютно беспомощной, Ханна безучастно наблюдала за тем, как Маргрет набросилась на Эгира и обрушила на него целый каскад исландских слов, вероятно требуя, чтобы он остановился, отпустил, прекратил. Борьба была с самого начала явно неравной, но Эгир, казалось, вознамерился вышибить дух из Эллы даже в присутствии свидетелей. Он вел себя как одержимый, готовый во что бы то ни стало совершить задуманное злодеяние. Виктор и несколько других деревенских мужчин, едва не сбив Ханну с ног, ворвались в гладильную и пришли Маргрет на помощь. Всем вместе им удалось отцепить стальные ручищи от шеи Эллы, заломить их Эгиру за спину и произвести таким образом довольно неуклюжее задержание. Увидев, что Элла замертво рухнула на диван, Ханна с быстротой молнии метнулась к ней и попыталась здоровой рукой нащупать пульс и стук сердца. Обнаружить эти признаки жизни удалось лишь на шее Эллы, багрово-красной после железной хватки Эгира. Тук-тук, тук-тук, тук-тук. Ханна с облегчением констатировала, что Элла хоть и лишилась чувств, но жива. За спиной у Ханны уже собралась целая толпа встревоженно-обеспокоенных гостей, которые поочередно смотрели то на Эллу, распростертую на диване, то на Ханну, будто та была врач и могла сказать им что-то внятное о состоянии пострадавшей. Никаких познаний в медицине у Ханны не было, зато присутствовал здравый смысл.
– Она без сознания. Возьмите ее ноги и держите их приподнятыми. И, если можно, приложите что-нибудь холодное ко лбу.
Действуя как слаженное воинское подразделение, собравшиеся односельчане сумели в считаные минуты привести Эллу в чувство. Она еще не полностью пришла в себя и была заметно напугана. Губы ее шептали что-то по-исландски, широко распахнутые глаза смотрели одновременно на всех и ни на кого конкретно. Осторожно поднеся руки к горлу, она тихо застонала. Ханна взяла ее руку в свои.
– Успокойся. Все позади.
Элла, похоже, только сейчас заметила Ханну, которая попыталась ободряюще ей улыбнуться. Затем взгляд Эллы скользнул по лицам присутствующих, которые смотрели на нее как на восставшую из мертвых. Что в некотором смысле не так уж далеко было от истины. Ханна услышала у себя за спиной какую-то возню и шорохи, обернувшись, она увидела, что Эгир, Виктор, Маргрет и пришедшие на помощь добровольные спасатели покинули комнату. Ханна снова повернулась к Элле.
– Ты как?
Элла кивком дала понять, что все в порядке. Кто-то принес ей стакан воды, и она начала пить. Медленно и осторожно, маленькими глотками, как будто пищевод ее все еще был пережат. Теперь, когда все убедились, что больше никто не находится в смертельной опасности, обстановка изменилась: одни начали преувеличенно громко оценивать происшедшее, другие плакали, у третьих на лице застыло выражение сильнейшего потрясения. Внезапно взгляд Ханны упал на стоящую в дверном проеме фигуру, больше похожую на призрак, а не на человека. Вигдис.
После нападения на Эллу поминки закончились. Виктор кратко обратился к гостям, сказав, что Эгир и Вигдис нуждаются в отдыхе, и те стали постепенно расходиться. Осталась лишь небольшая кучка. Если бы Элла не настояла на том, что следует помочь прибраться в доме, где на нее только что было совершено нападение, Ханна давно бы уже ушла. Кроме Ханны и Эллы остались также Виктор, Маргрет и Кожаный Жилет. И, разумеется, Эгир с Вигдис, которые удалились к себе в спальню. Убедившись, что последний из приглашенных покинул поминки, Виктор обратился к Ханне и Маргрет, которые собирали кофейные чашки каждая со своей стороны стола.
– Вы позволите мне поговорить с Эллой наедине?
Виктор вопросительно посмотрел на них. Обе кивнули, однако у Ханны возникло какое-то странное чувство, когда она, направляясь на кухню, почувствовала, что Виктор провожает ее взглядом. Маргрет вошла следом и прикрыла за собой дверь, казалось, что они были здесь не полчаса назад, а целых полстолетия.
– Какого черта здесь происходит?
Ханна не сводила глаз с Маргрет, которая приоткрыла окно, собираясь закурить. Прикурив сигарету, Маргрет глубоко затянулась и выпустила струйку дыма.
– Элла и Эгир никогда не ладили. Но чтобы он так ее ненавидел… Я даже и не подозревала.
– Может, это у него психоз на почве горя?
– А разве такое бывает?
Ханна пожала плечами.
– Когда люди объяты скорбью, они способны на самые безумные вещи.
Ханна смотрела на стоящую у окна Маргрет. Как будто хочет вылезти наружу и убежать. Ханна чувствовала огромное желание подойти к ней ближе, но сейчас это было бы неправильно. Может, ее смутила поза Маргрет, то, как она стояла, отвернувшись к окну, со скрещенными на груди руками. Ханна решила сменить тему.
– Как он сдавил ее горло… Как будто он действительно готов был ее убить. Как будто убить человека – ничего для него не значит.
