– Это не ящик, Вячеслав Николаевич, а современная станция слежения, вмещающая в себя множество функций, в том числе и функцию спутниковой радиостанции, и систему видеонаблюдения.
– Да-а… – вздохнул полковник. – Нам бы в восьмидесятые такие штуковины. Сколько людей сберегли бы! А ведь раньше, чтобы установить прослушку, – дома взрывали.
– Как взрывали? – удивился Самойлов.
– Было такое дело. Представьте, «объект» разработки живет в стандартном панельном доме в шестнадцать этажей. Оперативное проникновение попросту невозможно – в квартире постоянно кто-то трется. Что мы делаем? Собираем комиссию из соответствующих должностных лиц и специалистов, спускаемся в подвал и пишем акт, что при осмотре на несущих конструкциях здания выявлены трещины. Дефект при строительстве. Дом – аварийный и по закону подлежит расселению. Все жильцы получают такие же квартиры в таких же панельных коробках, а интересующая нас семья переезжает в квартиру, где технические средства установлены заранее, капитально и надежно. Со стопроцентным перекрытием площади. Ну а после расселения, чтоб не вызывать подозрений, дом, естественно, сносят.
– Лихо, – оценил лейтенант.
Самойлов тоже удивленно качнул головой, но тут же вернулся в реальность.
– Ну, допустим, людей ты высчитал по тепловому излучению, а как разобрался, где боевики, а где заложники? – спросил он у Брагера.
– Пленных я определил по речи. Вы же видели пульсирующие линии на экране монитора?
– Это была речь?
– Она самая.
– Но кто там мог разговаривать?! Сейчас же почти ночь!
– Вероятно, наши люди выспались днем. Говорили в основном мужчина с женщиной, второй мужчина лишь изредка поддерживал разговор. А линии на экране монитора – это диаграммы тембра голосов, по которым я смог идентифицировать людей. И с уверенностью могу сказать, что беседу вели хирург Гарин со своей женой, а поддерживал разговор анестезиолог Васильев.
– Откуда ты это, черт возьми, знаешь?!
– В моем компьютере записаны образцы их голосов для идентификации.
Изумленный Самойлов не унимался:
– Что, вот так все просто?! Вышли на позиции, включили какую-то шарманку и на́ тебе, полный расклад?!
– Вечно вы, капитан, всем недовольны, – огрызнулся лейтенант.
– Ладно, не бузи, – примирительно сказал капитан. – Наладь-ка связь с командиром группы.
Поколдовав с аппаратурой, Брагин протянул трубку размером с крохотный сотовый телефон.
– Первый, я – Второй, – позвал командир подгруппы.
– Слушаю, – отозвался тот.
– Первичная разведка проведена. База духов и заложники в Лашкаре.
– Ого, быстро вы управились! Данные точные?
– Инженер настаивает. Он зафиксировал разговор между заложниками.
– Передай, что он молодец. Сколько на базе боевиков?
– Девять рыл.
– Вооружение?
– В основном «калаши».
– Техника?
Прикрыв рукой микрофон, Самойлов спросил у Брагера:
– Технику не видел?
– Два внедорожника, за большим домом.
Командир подгруппы передал ответ Скоробогатову.
– Ну что ж, поздравляю. Инженеру – благодарность. Подгруппе продолжать наблюдение. Связь в прежнем режиме.
– Первый, мы можем уничтожить духов и освободить заложников.
– Никаких уничтожений без команды Центра! Как понял?
– Понял, – недовольно проворчал капитан. – Продолжаем наблюдение…
Получив важное сообщение от Самойлова, Скоробогатов тут же связался с Володарским.
– Да, Вьюн, – сонным голосом ответил тот.
– Разбудил?
– Не важно. Что у тебя?
– Посланная в Лашкар разведка с ходу обнаружила там базу Абдуллы и заложников, – сразу перешел к делу майор. – Можем до рассвета всем подразделением выйти к Лашкару и взять базу штурмом.
– Запрещаю! Никаких активных действий! – отрезал генерал.
Скоробогатов на миг опешил.
– Но почему?!
– О причине сообщу позже. Довожу следующее: за Мирзади и его шакалами начало охоту племя хатуитов. Ты знаешь, что они достанут своих врагов из-под земли. И не дай бог твоей группе попасть им под горячую руку. Понял?
– Понял, товарищ генерал.
– Все. До связи.
– До связи…
Скоробогатов передал трубку Лургину, тот перевел станцию в режим ожидания.
– Всем, кроме дозоров, отдыхать, – распорядился командир. И негромко добавил: – Никто не знает, что готовит нам день грядущий…
Утром следующего дня Греманов вызвал в свой загородный дом основной костяк группировки: подполковника запаса Кустова, майоров Ругеля и Чепикова. Привезти их вызвался водитель Волин.
Костяк состоял из бывших коллег – таких же офицеров ФСБ. И только водитель внедорожника «Шевроле Патрол» Сергей Волин прибился к банде случайно. Нанялся несколько лет назад к Греманову простым водилой, но оказался весьма понятливым и деятельным парнем.
Полковник встретил коллег на крыльце, пригласил в дом. Они частенько здесь бывали и вместе с боссом разрабатывали всевозможные хитрые операции, которые в итоге приносили немалые барыши. Как правило, все начиналось со звонка Греманова. Затем следовал сбор в его усадьбе, длительное совещание с алкоголем под хорошую закуску, приготовленную украинкой Настей. Не стал исключением и сегодняшний день.
