Илья насторожился. «Блин, –пронеслось в
голове, –чувствую, что попал. Вот только пока не
знаю, где?».
С учащённым сердцебиением он всё же шагнул
через порог.
Увиденное лишило его речи. Стол,
демонстрируя исконное русское гостеприимство,
ломился от всевозможных яств.
Жареный поросёнок окружил себя копчёным
филе оленины и экзотическими фруктами.
Пластами нарезанная рыба, судя по запаху,
занесённая в красную книгу, зернистая икра,
отобранная у осётра, щупальца осьминога
вводили в состояние оцепенения.
Между омаром и крабом, прикрыв глаза и
распустив слюни, чавкала морда бультерьера.
Увидев людей, она поспешно вонзила клыки в
поросёнка.
Лена смущённо улыбнулась: «Член семьи». И
запустила в собаку тапком.
«Член», недовольно рыча, выплюнул поросёнка
и, прихватив зубами тарелку с сырокопчёной
колбасой, сполз под стол.
Девушка, продолжая смущаться, указала гостю
на почётное место, ранее занимаемое псом:
«Присаживайся, пожалуйста».
Полбутылки шампанского, выпитого залпом из
горла, напомнили Илье о присутствии за столом
особы слабого пола. Пристав с нескрываемым
интересом посмотрел на полузакрытую упругую
грудь хозяйки и тут же почувствовал, как в
нём стали просыпаться опохмелёные мужские
гормоны.
Изменившийся взгляд был замечен
искусительницей, и звонкий смех вернул
опохмелёные гормоны в спящий режим.
–Прости, –смутился пристав, –забылся.
–Не стоит. Это даже немного приятно, –улыбка
обнажила зубы, режущие глаз своей белизной.
Точнее, два зуба. Своим неестественным цветом
и размером они затмевали остальные, более или
менее здоровые.
–Но не настолько, –уже серьёзно продолжила
Лена, увидев в глазах Ильи появившуюся
надежду.
В этот момент она напоминала удава,
гипнотизирующего кролика. Причём, кролик и
сам был не прочь вкусить трепетное чувство
прощального поцелуя с последующим
засасыванием.
–Лучше скажи, пробовал телепортироваться?
–Нет. А можно?
–Нужно? Иди в кухню. А я тебя здесь подожду.
Захватив остатки шампанского, Илья пошёл
туда, куда его послали.
–Ждёшь? –крикнул пристав и вошёл в транс.
Через мгновение смех Лены заполнил все уголки
квартиры.
Молодой человек недоумённо посмотрел на
неё, потом на себя и вздрогнул. Он был голый. И
не в лучшей форме.
Илья обеими руками невольно прикрыл ту
часть тела, которая так предательски изобличает
мужчину в женской бане. Этим движением парень
вызвал новый приступ смеха.
Пристав оскалился: «Не задохнись, зубастик».
Несмотря на комедийность ситуации, девушка всё
же не забывала о своих физиологических потребностях.
Дышать она обожала, поэтому и в мыслях не могла себе
позволить расстаться с этой навязчивой привычкой.
–Совсем забыла тебе сказать, при телепортации
перемещается только тело. Одежда, уж извини,
остаётся на месте. Замёрз?
–Рядом с тобой, Солнце, да ни в жизнь, – ответил Илья, но, заметив нездоровый
интерес бультерьера к отдельным деталям его
тазобедренной части тела, всё же сбегал за
одеждой в кухню.
Разгладив морщины, Лена вздохнула.
–Хочешь в Америку?
–Хочу, –задумчиво произнёс Илья. –Только
давай чуток подождём.
–Зачем? –равнодушно спросила Лена, глядя,
как муха бьётся об оконное стекло.
–Я на аванс будильник купил. Зарплата –недели
через две. Вот деньги получу, сразу и полетим. Нет.
Поездом поедем. Так романтичнее. Только одеться
надо потеплее. И матрас надувной взять.
–Зачем? –так же безучастно повторила
девушка.
–Потому как околеешь в товарном вагоне.
–А матрас?
–Во даёт! Чему тебя в школе учили, двоечница?
Смотри сюда. Между нами и Америкой вода. На
чём, собственно, ты плыть будешь? На паровозе?
–Да…а, –протянула хозяйка, продолжая
глядеть на обессилевшую муху, –на паровозе не
доплывёшь. Утонешь.
–Вот и я говорю. Матрас надо брать.
Двухпалубный.
Женское сердце не вынесло мучений несчастного
насекомого. Поднявшись, Лена решила проявить
сострадание.
Молниеносным движением тапка она избавила
дивную душу мухи от её мерзкого тела.
–Как великодушно.
–А то. Мир не без добрых людей. Итак, я
отправляюсь в Орландо. Если есть желание,
присоединяйся.
Илья утвердительно мотнул головой.
–Я рада. Вдвоём веселее. Ты покуда взгрустни,
а я поищу того, кто будет спонсировать наше
пребывание за рубежом.
Девушка вошла в транс, и её тело, расставшись
с Душой, расплылось по дивану.
Через пару минут Душа воссоединилась с телом,
и мягкий голос хозяйки пропел: «Выдвигаемся».
–Где мы? –спросил пристав.
Обнажённая спина Лены, вильнув, скрылась
за дверью смежной комнаты.
–Вот чёрт. Не успел рассмотреть.
Илья накинул на оголённые плечи покрывало и
выглянул в окно.
На улице, прямо под окном, виднелись два
бассейна –большой и не очень. В «не очень» что-
то бурлило.
–Джакузи, –уважительно произнёс молодой
человек. –Наверное.
–Ты там с кем?
–Да так. Сам с собой.
–А! Сейчас одежду принесут.
В дверь постучались.
–Открой, пожалуйста, а то я без платья.
–Она без платья. Можно подумать, я в
платье, –буркнул Илья и щёлкнул замком.
На пороге, извергая изо рта и носа клубы дыма,
стоял крупных размеров негр. На лице чернокожего
учтивость отсутствовала. Говорил он быстро и не
по-русски, но пристав, слабо осведомлённый о
наличии других языков, кроме родного, понимал
его без всякого затруднения.
–Вот ваши вещи, Белоснежка. Кстати, твой
