Коль счастлив астроном, представляющий восхищенной публике новооткрытое блистательное созвездие,– не так ли и составитель сего предисловия, коему ныне приключается рекомендовать Твоему просвещенному вниманию, любезный читатель, плоды многоусердных трудов и досугов славного поэта-авиатора, доселе подспудно томившиеся, ныне же во множестве излетающие из типографии в доверчивые объятия публики. Аэроплан, сие несравненное усовершенствование новейшей цивилизации, для сочинителя сея книжицы соделался неложно Пегасом вида Буцефалова, тогда как благородное оного горючее, уже самым своим благоуханием повергающее всякого порядочного авиатора в восторг упоения, – сущею Ипокреною, чья влага подвигнула автора не на один вдохновенный пассаж.2-е издание.
Коль счастлив астроном, представляющий восхищенной публике новооткрытое блистательное созвездие, – не так ли и составитель сего предисловия, коему ныне приключается рекомендовать Твоему просвещенному вниманию, любезный читатель, плоды многоусердных трудов и досугов славного поэта-авиатора, доселе подспудно томившиеся, ныне же во множестве излетающие из типографии в доверчивые объятия публики. Аэроплан, сие несравненное усовершенствование новейшей цивилизации, для сочинителя сея книжицы соделался неложно Пегасом вида Буцефалова, тогда как благородное оного горючее, уже самым своим благоуханием повергающее всякого порядочного авиатора в восторг упоения, – сущею Ипокреною, чья влага подвигнула автора не на один вдохновенный пассаж.
Каковы же, чтоб Ты знал, любезный читатель, главнейшие инспирации благонамеренного автора сея книжицы? Для удобства обозрения оне представлены ниже в кратких, но тем более убедительных пунктах.
ПРАВОСЛАВИЕ. «И воссел на херувимов, и полетел, и понесся на крыльях ветра» – певал древле царь Давид (Пс 17,11), и стихами на с. 38 Дима Строцев вторит ему: «И стану я, как авиатор, // Садиться на свой ераплан…» Да и возможно ли поэту-авиатору не быть религиозну, как скоро сам Господь, воззвав к Моисею на горе Синае, рек: «Я носил вас (как бы) на орлиных крыльях, и принес вас к Себе» (Исх 19,4). И так-то вот произведения нашего стихотворца нечувствительно оказываются исполнены Благодати Господа, Бога нашего, в особенности же «Монастырь», весьма душеполезная пьеса; единственно что, для пущего православия, вместо капюшонов надлежит читать «клобуки».
САМОДЕРЖАВИЕ. Приверженность стихотворца к сему превосходнейшему из государственных установлений сокровенна и немногоречива; тем радостнее зреть на с. 38 очевидные ея приметы, по слову Писания: «И все цари земли желали видеть… чтобы послушать мудрости его, которую вложил Бог в сердце его» (2 Пар 9,23). Вспомянем, кстати, тут же речения премудрого царя Соломона: «Озлобившийся брат неприступнее крепкого города, и ссоры подобны запорам замка» (Пр 18,19), но «радость – у миротворцев» (Пр 12,20), в чем поистине ключ к потаенному смыслу упомянутой авентюры.
НАРОДНОСТЬ. Зри на с. 38 о народе, автору любезном; а на с. 38, не вместившейся, впрочем, в эту книжицу, всяк узрит следующие стихи, обличающие в авторе изрядную соборность, ему присущую:
О любвеобилии, смиренномудрии и прочих благочестивых украшениях, уснащающих всякую из последующих страниц, я уж умолчу.
Препоручая наконец сию книжицу благосклонному вниманию почтеннейшей публики, чаю сорадования, по слову апостола Павла: «О сем самом и вы радуйтесь и сорадуйтесь мне» (Фил 2,18).
