— Полковник Богомолов будет у генерала через пять минут! — доложил майор и опустил трубку на аппарат.
— Закрой дверь на ключ, возьми оружие и войди в кабинет! — тихо бросил полковник и, дождавшись его, впустил в кабинет, а перед этим майор кивнул на свой автомат, показывая жестом, взводить или нет.
— Пока не надо, — улыбнулся полковник. Когда они вошли в кабинет, все сидели молча — и нетерпеливо поглядывали на дверь.
— Извините, товарищи! Сегодня выявилось пятно, которое может позором лечь на наши органы, и так не пользующиеся должным авторитетом в народе! В наших рядах выявлен враг, и мы должны произвести арест этого предателя, желательно без всякого шума! Прошу всех положить свое оружие на стол!
Все спокойно и без лишних эмоций положили на стол кто автомат, кто пистолет. Тот, которого полковник не очень хорошо знал несколько замешкался. А может, Богомолову это просто показалось. Четыре автомата и шесть пистолетов.
— «Не густо, если будет оказано сопротивление его помощниками», — подумал полковник Богомолов, а вслух произнес:
— После того как я произнесу вслух фамилию изменника, прошу того, кто по каким-то мотивам не может принимать участие в его аресте, честно подняться. Поясню, отказавшиеся будут находиться в этом кабинете только до того момента, пока тот человек не будет арестован и отправлен в Лефортово! К нему или к ним не будет применено никаких санкций или гонений! Это я вам могу обещать твердо! Вопросы есть?
Никто не произнес ни звука, и тогда полковник тихо назвал фамилию:
— Генерал Галин! — и снова окинул взглядом присутствующих.
Никто не встали ничего не сказал, кроме одного человека: тот самый случайно попавший в эту группу сотрудник спросил, подняв, словно школьник, руку:
— Разрешите вопрос, товарищ полковник?
— Говорите, капитан.
— Я не буду спрашивать, имеются ли убедительные факты его измены, думаю, это излишне в такой организации, как наша, но могу я спросить — кто санкционировал этот арест?
Полковник ждал этого вопроса, хотя, если откровенно, не хотел, чтобы он был задан. Он открыл папку и вытащил оттуда факс.
— Арест санкционировал сам Президент! Кто хочет, может познакомиться с этим документом! — он намеренно не назвал фамилию, чтобы, если кабинет прослушивается, не было ясно, какой именно Президент отдал приказ арестовать генерала Галина. Никто из присутствующих не решился проверять слова полковника, и он, выждав некоторое время, убрал документ назад в папку.
— Теперь обсудим детали ареста. По его плану, одобренному всеми присутствующими, полковник, как вызванный к генералу, войдет в кабинет один, и если там окажется еще кто-нибудь, кроме генерала, то оставит дверь открытой, и вся группа войдет следом за ним и будет действовать по обстоятельствам.
Если же дверь за полковникам закроется, значит они выждут момент, когда из кабинета прозвучит звонок-вызов. По этому сигналу один из них арестует адъютанта, остальные, разделившись на две группы, пять на четыре, будут действовать следующим образом: одна группа будет охранять вход, а другая примет участие в аресте генерала в его кабинете.
Когда полковник вошел в приемную, адъютант, здоровенный бугай лет тридцати, холодно кивнул на дверь кабинета:
— Входите! Генерал уже дважды спрашивал о вас! Константин Иванович подошел к двери кабинета и приоткрыл ее.
— Разрешите, товарищ генерал? — спросил он.
— Входите! — недовольно буркнул тот, и Богомолов вошел внутрь, прикрыв за собой дверь, а в приемную уже входили его соратники.
— Вы что, все по одному вопросу? — удивился адъютант.
— Да, по одному, — ответил за всех дежурный майор.
— Хорошо, садитесь, когда товарищ генерал освободится, я спрошу у него. Странно, он меня не предупреждал, — пожал плечами адъютант, хотел чтото спросить, но в этот момент его отвлек звонок по телефону.
Богомолов стоял перед столом генерала, который внимательно листал его личное дело. Так продолжалось несколько минут. Потом он закрыл папку и недовольно взглянул на полковника:
— Вы очень хорошо потрудились, полковник. Пора и на отдых, — вторую фразу он произнес с такой ехидцей, что у Богомолом, если и были еще какието сомнения на его счет, то мгновенно исчезли. Он перестал волноваться и сунул руки в карманы.
— Ты все понял? — со злобой прошипел тот.
— Разумеется? — усмехнулся полковник, потом с намеком сказал: — А теперь вызовите сюда своего адъютанта!
Что-то в его голосе было такое, что генерал суетливо нажал на кнопку вызова.
Дверь кабинета резко распахнулась, но в кабинет вместо адъютанта быстро вошли четверо вооруженных сотрудников.
— Кто вам разрешил? — начал было генерал, но осекся, увидев в их руках оружие.
— Гражданин Галин Александр Борисович? — официальным тоном проговорил Богомолов.
— Что? Как? По какому праву? — повысил голос генерал, но понял, что с ним не шутят.
— Вы арестованы! — спокойно сказал полковник.
— Кто… кто подписал санкцию? — по-бабьи взвизгнул генерал.
— Президент! — спокойно ответил полковник, словно удивляясь такому вопросу.
