Вместо этого она разрывалась между злостью, обидой, раздражением на него и его ханжеское, морализаторское, лицемерное дерьмо… а также между желанием одурачить его, спланировать всё в следующий раз и реально заморочить ему голову, нажать на все его кнопки.
Но она знала, что не сделает этого.
Хуже того, под всем этим она испытывала глубинное, тихое дурное предчувствие.
Будто этот ханжеский мудак может оказаться прав.
Глава 13. Доверенное лицо
Когда я не ответил сразу же, его разум резко поддел мой.
Его голос прозвучал странно громко в моём сознании, может, потому что теперь я проводил большую часть своего Барьерного времени с разведчиками на базе.
Я сделал снимок самых недавних отпечатков Варлана, послал это команде на базе, проконсультировался с той командой практически без слов, и быстро отключился.
Я глянул на Териана.
Подумав об этом, Териан хмыкнул.
Последние несколько фраз не были вопросами.
Я быстро продемонстрировал другому мужчине полученные от центра отпечатки.
Сделав это, я тут же ощутил интенсивную реакцию от Териана.
Чувствуя, как мой
Даже тогда я использовал субвокалку в гарнитуре, а не Барьер.
Я знал, что на приватном канале нас не подслушают.
— Дигойз? — беззвучно спросил я.
— Возможно, да, — ответил Териан так же по субвокалке. — Это маркер травмы. Который я давно заметил в свете Реви’. Он лучше научился скрывать его, но это всё равно довольно узнаваемо.
— Мы можем отрезать его, как думаете? От остальных?
— Сомнительно. У них есть фора, которую они, похоже, решительно настроены сохранить, — Териан нахмурился, глянув на меня. — Они защищают его, — добавил он после паузы. — Ты разве этого не чувствуешь? Они защищают его свет почти так же тесно, как и освобождённых из лагеря.
— У нас есть вертолёты, — напомнил я ему. — Разве мы не можем послать кого-нибудь вперед?
Териан взглянул на меня во второй раз, повернув голову, чтобы посмотреть по-настоящему.
К тому времени солнце садилось. Под навесом джунглей быстро становилось темно. Вдобавок к плотной «крыше» из веток и листьев, на нашем уровне свет затмевали густо растущие растения — висячий мох и лианы, кусты и папоротники, высокие цветы, молодые джунглевые деревья.
Янтарные глаза Териана всё равно сверкнули, уловив тот слабый свет оранжево-красного неба над листвой как глаза ягуара.
— Нет, — сказал он после паузы. — Думаю, мы опоздали. Думаю, он меня тоже почувствовал.
Я нахмурился.
По какой-то причине эта мысль вызывала у меня раздражение.
— Так… что? — спросил я после паузы. — Что это означает?
Я почувствовал, как другой мужчина колеблется, словно пытается решить, стоит ли что-то мне сказать.
Я наблюдал, как он мечется между вариантами.
— Что? — повторил я по субвокалке. — Что такое?
— Ничего, — сказал Териан.
Он сохранял свой тон пренебрежительным, но я чувствовал, как он хмурится в Барьере.
