Он уселся наконец за руль, включил двигатель и опустил до упора стекло. На Карен смотрело искаженное ненавистью лицо. Девушка чуть вздрогнула. Теперь у нее появился заклятый враг. Черт, неужели и она тоже является для него такой же вещью, как и все остальное в его мире, независимо от цены?
Окончательно отбросив маску доброго папочки, он угрожающе прошипел:
— Ты еще пожалеешь, что связалась со мной, стерва.
— Я жалею об этом много лет.
Карен только недавно вернулась из Европы и работала над текстом новой книги «С Карен Браун по Швейцарии». Вдруг на экране компьютера вспыхнули строчки срочных новостей — информация поступала к ней напрямую из департамента полиции города Тампа. Из местечка Кэрроллвуд раздался тревожный звонок. Выехавший по указанному адресу полицейский обнаружил в доме застреленную женщину. Ее пятилетняя дочь исчезла. Официальная информация о похищении ребенка была опубликована в половине четвертого утра; Карен взглянула на часы на экране: двадцать пять минут назад. Не тратя времени на бесполезное самобичевание, она помчалась на место преступления.
Полчаса спустя она находилась на Гроупер-серкл, небольшом скоплении домов в тупичке, ведущем к озеру Гроупер. Долфин-авеню была перекрыта полицейскими автомобилями. Карен припарковала свой красный джип и сунула «ЗИГ-Зауэр» под переднее сиденье. У нее, конечно, имелась лицензия на ношение оружия, но осложнять и без того непростую ситуацию не хотелось.
Взяв ноутбук, она направилась к ближайшему полицейскому.
— Рэнди, привет, — поздоровалась Карен, чтобы он чего доброго не испугался ее внезапного появления.
— А, адвокат. — Он кивнул. — А вам что надо?
— Беверли Лондон — мой клиент. Я приехала помочь.
— Ей уже не нужна помощь, — отозвался полицейский.
Лишь на мгновение Карен прикрыла глаза. У нее не было времени предаваться скорби.
— Есть подозреваемые?
— Они с мужем скверно разошлись. Были проблемы с опекунством над дочерью. Вы об этом?
Карен кивнула.
— Держу пари — это его рук дело, — заявил Рэнди. — Редкий отморозок. А наши чертовы законы ничем не могут помочь.
Уж кому-кому, а Карен не требовалось напоминать о том, насколько несовершенны законы в сфере защиты женщин от подонков, подобных Джеффри.
— Я могу пройти туда?
Рэнди кивнул.
— Кто старший?
— Джерри Скэнлон.
В конце короткой улочки располагался кирпичный колониальный дом. Возле него стояли две легковые машины и карета «скорой помощи», туда-сюда сновали люди. Полицейские в форме, криминалисты, фотографы. В стороне двое детективов опрашивали одного из соседей, возможно того самого, который и сообщил о выстрелах. Карен ступила на тротуар, подошла к крыльцу и заглянула в распахнутую входную дверь.
На кафельном полу распростерлось тело Беверли Лондон, залитое холодным люминесцентным светом. Глаза были открыты, в них застыло удивленное выражение. В груди и животе виднелись два входных пулевых отверстия. Вероятно, пули повредили паховую артерию, так как на полу образовалась огромная лужа крови. Даже если бы помощь прибыла незамедлительно, никаких шансов выжить у женщины не было, а так она пролежала достаточно долго, чтобы кровь успела свернуться.
Детектив Скэнлон заметил Карен.
— Слыхал я, вы оставили практику и теперь сочиняете книжки о путешествиях, — полувопросительно произнес он.
Черт! Ей уже тысячу раз приходилось отвечать на этот вопрос. Почему? — вот что на самом деле интересовало Скэнлона.
— Мне нравится писать книги о путешествиях, — просто ответила Карен.
Она по-прежнему член коллегии адвокатов, а большего ему знать ни к чему.
— Наверное, не очень это прибыльное дело, раз вам не сидится в кабинете, а?
— Типа того.
Скэнлон смерил ее взглядом, будто видел впервые, хотя они частенько пересекались в тот недолгий период времени, когда Карен работала в прокуратуре. Затем махнул рукой в сторону трупа.
— Малоприятное зрелище.
— По всему дому, а также на участке установлены скрытые камеры.
Она показала на одну из них, запрятанную в бра, висящем сбоку от входной двери. Брови Скэнлона от удивления поползли вверх, и тогда Карен пояснила:
— Это мои.
— Мы тут еще не начинали, — заметил детектив и пропустил ее в дом.
Стараясь ничего не задеть, Карен миновала кухню, осмотрела комнаты Дейдры и Беверли, потом прошла в примыкающий к дому гараж. Из каждой камеры она вытащила карты памяти. Они были запрограммированы так, что запись хранилась в течение трех дней, после чего автоматически стиралась и заменялась новой.
Карен открыла ноутбук, включила его и первой вставила в разъем карту памяти из камеры в кухне. Несколько минут они с детективом лицезрели на экране изображение темной кухни, потом Карен прокрутила запись к началу — ничего.
— К сожалению, пусто, — извиняющимся тоном промолвила она и начала методически проверять записи из других камер.
— Смотрите! — наконец воскликнула Карен, ткнув в экран.
Открылась ведущая из гаража дверь, и в дом проник человек. Джеффри Лондон, вне всяких сомнений!
«До чего же пакостный», — подумала она.
