Единственное, чего я смог добиться это повредить скользящими визор и шлем Фенрира. И то по его глупости. Он сам высунулся на рожон со своей позиции. От поврежденной аммуниции капитан волков избавился, но в дальнейшем играл уже более осторожно.
Нужно было менять тактику. В моей памяти все поле боя проецировалось трехмерной моделью с фигурками игроков.
Слева, на подступе к площади, Янина, справа Фенрир на мосту у парапета за статуями, третий в костюме ангела ошивается позади, еще один вдали за алтарем контролирует широкий ракурс винторезом, а пятый прячется на нижнем ярусе, постреливая из-за него изредка. Также повсюду расставлены растяжки, мины и прочие ловушки.
Разум просчитывал варианты подступов.
Блин, я пока не видел надежных путей. Сеть их огня была слишком плотной, сочетая как мощные прицельные выстрелы, так и широкомасштабные атаки по площади.
И, кстати, сейчас кто-то из них простреливал ворота, угрожая даже здесь достать меня. Я в ответ тоже изредка постреливал на ту сторону. Авось зацепит кого-нибудь.
Внезапно из-за ворот раздался удивленный женский голос:
— Трилл, это ты?
Янина что ли спрашивает? Других женщин у волков нет. Получается, она. Вот только вопрос странный: «В смысле я?». Конечно, это я.
— Да, это я, — крикнул я, усилив голос встроенным в шлем модулятором.
Обстрел с той стороны стих. Я тоже прекратил тратить патроны.
— Ты тот самый парень, который играл в ВР-тетрис против Гамадзюбы на деньги?
— Мм… Да, припоминаю. Я действительно играл в тетрис на деньги. И да, там была одна жаба, которая много раз проиграла мне. Так ты, оказывается, она?
— Нет. Я ее подруга, которая вступилась за нее. Неужели ты не помнишь меня?
Я почесал стволом шлем. Поднапряг память, силясь вспомнить эту девчонку. Но, как назло, никакая Янина мне не приходила в голову.
За несколько месяцев пребывания в этом мире в моей жизни произошло слишком много насыщенных событий. В основном они были связаны с конфликтами не на жизнь, а на смерть, из-за чего все более незначительные события отходили на второй план, смазываясь на их фоне.
И хоть у меня был навык Эйдетизма, который дает безупречную память, но… этот навык был получен после игр в тетрис. То есть благодаря нему я вплоть до количества пуговиц на одежде мог вспомнить любых людей, которых встречал после его получения, но не до.
Может ли быть так, что эта Янина повстречалась мне до обретения Эйдетизма?
— Блин, извини, малышка. Вот хоть убей, но я тебя совсем не припоминаю, — в конце концов сказал я.
— Девушка в радужном костюме. Ну⁈ Я еще тогда в тебя иллюзорными блоками стреляла.
Иллюзорные блоки? Хм… Нет, не припоминаю.
— Трилл, так ты знаком с легендой Стального шторма? — удивлённо спросила в передатчике Ингрид.
— Янина, ты знаешь Трилла? — одновременно с ней воскликнул Фенрир.
— Нет! — затряс я головой.
— Да! — уверенно ответила Янина.
Че⁈
Блин, ну если она уверена, то… Я поджал губы. Тогда я был брутальным мужчиной, излучающим животный магнетизм. Такого любой женщине будет трудно забыть, а это значит, что, возможно… она права.
Я конечно могу с помощью навыка телепатии поковыряться в собственной голове и вспомнить ее, но не думаю, что это сейчас важно для меня… Зато вот в отличие от Янины, я обратил внимание на кое-кого другого.
— Фенрир, — протянул я с ухмылкой, встав таким образом, чтобы просматривать его через тонкий просвет в воротах. — Вижу, ты тоже здесь. Волчара вшивый, ты когда деньги вернешь?
— Какие деньги, Трилл, ты ничего не путаешь? — пробасил капитан Стальных волков.
Черт, неужто волчок решил с меня пример брать, включив забывчивость?
— Какие-какие, тридцать шесть миллионов, на которые у нас смарт-контракт заключен. Ты занимал у меня, чтобы оплатить входной взнос на игру против меня в серии матчей «Отстаивая честь».
— А, так ты про эти деньги. Так еще срок возврата не наступил же. Я их через год только должен отдать.
— Да, но знаешь что. Я тут подумал, что готов простить тебе долг, если ваша команда сейчас сдастся мне.
— Трилл, ты угараешь? — расхохотался Фенрир. — Мы первые в рейтинге. Считай, гарантированно проходим отборочные. И, попав в топ-16 турнира, каждый из нас получит минимум по шестьдесят миллионов. А ты сейчас предлагаешь мне, как последнему идиоту, ради жалкой тридцадки отказаться от этих денег?
— Согласен, шансы у вас неплохие, но то, что вы пройдете в турнир, еще не факт. Тридцать шесть миллионов — очень большие деньги, которые просто так не достанешь. Я сделал тебе очень хорошее предложение.
— Ищи других идиотов, — продолжил смеяться игрок.
Сам идиот.
Честно? Я не боялся, что могу проиграть им. Скорее наоборот. Уверенность в победе над Стальными волками зашкаливала как никогда, но был один фактор, который меня беспокоил.
Я обещал ангелочку, что доведу ее живой до конца. До конца Королевской битвы. Чтобы она прошла дальше в турнир. Но учитывая, что мы сейчас сражаемся против топовой команды, был риск того, что кто-то из них ухитрится зацепить ее.
И вот этого мне очень не хотелось бы. Собственно, поэтому я для начала решил попробовать договориться с волчарой.
